Долго сидели в молчании трое мужей: два старца и отрок.
– Говорил я тебе – рано, – укоризненно произнес старый жрец, обращаясь к Мечиславу, – рано отроку принимать тяжесть волховства…
– Отче, – возразил Мечислав, склоняя голову перед великим старцем, – не те пошли времена на Руси, что Числобог отсчитывал. В сих временах часы коротки, нам может не достать их, чтоб научить Светозара волховскому делу, передать ему древнюю мудрость Пращуров…
– Тяжко ему придется, – отозвался жрец, – смертельная ноша ложится на рамена его, как и на всю Русь отныне…
Они вышли из Святилища и вновь уселись на колоду у избушки Велимира. Так же светило солнце, и щебетали лесные пташки. К источнику у холма пришел красно-бурый красавец олень. Напившись, он мотнул головой и неторопливо скрылся в зарослях. Но Светозара занимало иное.
– Деда, – вопросил он чрезвычайно серьезно, – скажи, почему мы называемся детьми Перуна и внуками Даждьбога? Иные народы, я слышал, те же христиане, рабами божьими себя нарекают. А в нашей вере славянской мы с богами одного роду-племени?
Старики переглянулись. В их много повидавших очах отразились искры приятного удивления. У старца Велимира сбежала по лицу и спряталась в бороде и усах радостная улыбка. А дед Мечислав, положив юноше на плечо широкую длань, отстранил его от себя, как бы желая получше разглядеть, потом взъерошил русые волосы.
– Ай, да острый ум у тебя, Светозарка, что зубы у молодого волчонка!
– Отнеси эти доски на место, – повелел отец Велимир, а взамен возьми те, что по узкой стороне связаны. Сии сказания, – объяснил старец, когда юноша вернулся, – повествуют о временах древнейших и незапамятных. Там вначале есть «Сказание про древнюю старину», прочти его.
– То было так давно, что и давность сама от старости выцвела, – начал Светозар, с привычной быстротой погружаясь своим живым воображением в те события, о которых рассказывали старые буковые доски. А рассказывали они о древних Русах-Ойразах, некогда живших у золотой горы Меру, о царе Свароге, правившем ими и о других царях: Перуне, Дажьбе, Ладе, Яре, Купале, Хорсе, Радогоще, Святе, Коляде, Вышнем, Крыжнем, Овсене, Водянике, Полевике и многих других, которые нарекались богами живыми и носили имена своих Отцов.
Скоро Светозар весь ушел в чтение, и перед его очами возникли необычайные удивительные видения.
Глава третья. Дети богов
– Глядите, люди, – вот знак от богов! Сие значит, что не исчезнем мы, русы, с лица земли. И Солнце-Сурья будет в небе сиять. И хоть много тягот нам предстоит, одначе найдем мы иные края, в которых жизнь еще лепшую иметь будем!
Волшебные картины о самой глубокой древности русов, о неведомой и прекрасной земле Ойразской рисовались перед Светозаром. Окрашенное собственными чувствами прошлое это рисовалось так явски зримо, будто он сам шел по нешироким чистым улицам града, мощеного темным вулканическим камнем, разглядывая двух-трехъярусные дома, сложенные из красно-коричневого обожженного кирпича и покрытые цветной обмазкой. Большинство домов были возведены на крепком каменном фундаменте с применением деревянных брусьев-связей, поскольку на острове нередки землетрясения.
Зеленые лианы дикого винограда, плюща, хмеля увивают тенистые дворы, обращенные к улицам входами с арками, на которых встречаются знаки-надписи, а порой и целые картины, по которым можно судить о проживающих здесь людях.
Вокруг все ухожено, поскольку помощники Свароговы – Лад да Ряд – следят, чтобы в граде было спокойно, мирно и ладно.
Ослепительно блещет на солнце вершина Золотой горы, которая видна с любого конца острова. Гора воистину «золотая», потому как много в ней разных полезных веществ: и злато, и серебро, и медь, и самоцветы, которые добывались, обрабатывались и широко применялись в ойразских градах, служили средством обмена и торговли с Большой землей.
Море своей блистающей синью привораживает мысленно блуждающего по древним улицам Светозара. Он «пробегает» мимо городских бань-мовниц, чья арка у входа украшена цветными изразцами, изображающими поливающих друг друга из кувшинов веселых обнаженных людей; изразцы такого глубокого сине-зеленого цвета, что похожи на кусочки самого моря. Вот арка лекарни, целитель держит в руках сосуд с мазями и какие-то предметы, назначение которых Светозару непонятно. Овощные лавки, гончарные изделия, пряности, дары моря. Наконец: бескрайняя водная ширь, соленый упругий ветер. Взор стремится вдоль набережной, туда, где гордые корабли, будто сказочные белокрылые птицы с высоко поднятыми носами-клювами, уплывают вдаль, к Сварожьему поясу – линии схождения неба с землей. И летят они между волнами и облаками в дальние страны и неведомые края.