Рыжий сглотнул и отставил чарку.
- То-то же! - довольная как кошка, она продолжала лакомиться своим блюдом.
- Ну ты это, хоть не чавкай, не красиво... - тихо произнес я.
На что девочка все таки покраснела от стеснения и опустив свои огромные глазки, стала есть аккуратнее. В моей голове был еще тот диссонанс, скажу я вам! Она была вроде милой и в тоже время ну очень взрослой, и это было понятно, учитывая ее то годы. Ну ни как у меня не могло уложиться в голове, что будь она обычным человеком, уже давно бы старухой слыла бы, но нет, её род видимо жил по другим правилам, ежели наш обычный, человеческий. Как там было в писаниях, что-то типо - жили люди до потопа по девятьсот лет, не меньше. Не, ну а чо, черепахи же переживают своих хозяев, живя по триста лет и более. Мне сразу представилось объявление в газете от лица черепахи: “ Черепаха, пережившая Первую мировую, Вторую мировую войну, парочку переворотов, ищет себе нового хозяина, желательно молодого возраста. О себе: не прихотлива, влюбчива, в самом расцвете, всего двести пятьдесят лет. Звоните по телефону...”. Хм, мне тут же вспомнился разговор с моим отцом на нашей кухне, когда моя сестра уже месяц выпрашивала хомяка. Но я был категорически против, так как они живут максимум три года, ну уж очень не хотелось, утешать хоть и шкодливую, но все таки ранимую сестру, да и сам я тоже б привязался к милахе, а мужики не плачут и точка! На что отец сказал мне следующее: “Собак заводят те, кто хочет, чтобы их любили. Кошек - те, кто сам готов любить. У хомяка же задача в духе Иисуса - показать детям смерть.” И тогда я понял, что сестра в силу своих малых лет, совсем не задумывалась об этом. А ведь действительно, кто лучше хомки сможет объяснить ценность жизней и наших поступков. Вот и мы для Язы, еще одни хомяки в ее долгой жизни, что приносят радости и печали, оставляя за собой лишь воспоминания. Не нам было учить ее, мы лишь мотыльки, что летят на свет и сгорают в нем, не видя всей картины в целом.
- Это, я тут вспомнил, а как же твое яйцо? С ним ничего не случиться, пока нас нет? – забеспокоился вдруг я.
- Мнефт, - с набитым ртом, попробовала она ответить, но после быстро прожевав, добавила.
- Главное по ночам за ним следить, так как оно просыпается в это время и может случайно упасть, пока ворочается.
И тут Горыня вспомнил о наших добросовестных охранниках, что блюли наш покой. Но так и не решились зайти в сие заведение и лишь пялились в маленькие окошечки, пытаясь разглядеть, что мы делаем.
- Чего с этими делать то будем, больно стыдно мне ходить под присмотром, будто дитё малое. А я уже с пяти лет без присмотра как и тут такой позор на мою голову! Вдруг кто из знакомых увидит, я ж под землю провалюсь от стыда! Горыныч с няньками ходит! До конца дней же вспоминать будут, не меньше! А еще и эта баба с меня глаз не сводит, мне аж страшно становиться от её жутких смешков и у меня возникло стойкое ощущение, что она меня украсть планирует. Нет, ну ты посмотри!
На что Дубыня, не глядя, сразу ответил:
- Да кому ты нужен!
А я вот посмотрел, и в правду дамочка что-то затевает, вот нафига она под передником веревку спрятала, явно не от доброты душевной, да и что такое она варит за стойкой, злобно хихикая и искоса поглядывая на рыжего. Страшная женщина!
Мы с Горынычем решили не дожидаться, когда та сморганит свое адское зелье и поторопив всех, вывалились из корчмы. Нам совсем не хотелось проверять на своих шкурах, кто в её омуте околачивается!
Глава 4
“Вот те на...”
Шли мы уже за полночь по пыльной земляной дороге, прочь от города, благо луна была словно фонарь, освещая все вокруг своим серебряным светом. Была очень теплая ясная ночь и лишь стрекотание кузнечиков, да пение неугомонных соловьев нарушали тишину безветренной ночи. Наконец мы снова были одни, без всяких приставных личностей, даже дышать было свободнее как-то.
- Нее, ну ты как, нормальный вообще? Вот вечно тебе надо сделать по-твоему и о других совсем не думаешь! Как же, по-другому ты не можешь! - отчитывал Дубыня, провинившегося рыжего.
Тот шел как в воду опущенный, отбиваясь отговорками и саркастическими вставками, но у него совсем плохо получалось, если честно.
- Не, а чо, они сами начали. Выпей, да выпей за здоровье нашего великого Ратибора! Они сами хороши, в чем я-то виноват!
- Нет, ну ты то себя послушай, правильно Яза про нас сказала, что дети малые, вот ты то точно, к бабке не ходи. Ну вот какого рожна, ты выхлебал крынку пива, да еще и залпом, не закусывая, ты чего ждал? Что тебе это так дастся, без последствий всяких?!