- И с чем же ко мне пожаловали? - сразу перешел к делу Алатырь.
- Да вот, логово Кощеево хотим узнать, где находиться. - тут же выпалил Дубыня как на духу.
Горыныч же все это время обходил камень со всех сторон, внимательно его осматривая и ощупывая вокруг почву, он как и я, никак не мог понять, что это блин такое?
- Всего лишь, эки невидаль, а то я уж подумал какую нить задачку посложнее мне зададите. Ну так слушайте. (Пламя поднялось и начало создавать картины пути, что нам предстояли. А он не плохой навигатор я вам скажу, почти что с голографической способностью показывал местность. Чертовски удивительное он существо.) Царство Кощеево находиться за тридевять земель, в тридесятом царстве, между Силезней и Моравией, в междуречье Одера и Дуная на реке Вталве. Там его замок и стоит. Туда вам и дорога, коль не побоитесь ног стоптать, уж больно далече.
- Спасибо тебе. - тут же поблагодарил великан с поклоном, но скажу, удивлению его не было предела, что так и читалось по его лицу.
А я вот озадачился и не смог удержаться от вопросов, в отличие чуть ли не ползающего вокруг камня рыжего, который ну никак не мог разуметь, что сие перед ним:
- Алатырь, а можно тебя спросить, кто ты, точнее откуда ты такой взялся, да и ума тебе не занимать, а вроде камень?
Алатырь засмеялся, гремя землей, и ответил:
- Какой любопытный дубишка, все ему расскажи, да покажи. А ты мне что за это?
- А что надо? - тут же заинтересовался я, предвкушая ответы.
- Кхм, (камень задумался, но довольно быстро продолжил) ну давай так. Я тебе расскажу все что знаю, а ты ко мне раз в десять лет приходить будешь и рассказывать про то, что ты увидел и что делал за эти годы. А то сам видишь, у меня тут целое море из желающих поболтать. - рассмеялся камень грохоча каменным басом.
- Лады. - сразу выпалил я, не задумавшись.
- Ну значит так (начал он величественным голосом горы), родился я не здесь, впрочем кто я и откуда - ни мне, никому другому и не ведано. А я спрашивал. (оправдывался честно он) А получилось так, что упал я сюда давным-давно, уже даже и не знаю когда. До этого же момента я ничего совершенно не помню, ну прям совсем и про себя я тоже ничего не узнал, как ты понял. Вот так и жил. Постепенно я начал изучать, что меня окружало, знакомиться с существами разумными всякими. Тут между прочим русалок пруд пруди, а они ой как сказки любят. И птица Гамаюн ко мне тоже захаживает, когда Чудь перелетает, много чего видит, много чего про мир рассказывает, пока отдыхает на моем берегу. Вот от этого много чего знаю, хоть и с места не двигаюсь. Вот теперь и ты ко мне вхож! - рассмеялся опять Алатырь.
А хитер каменюка, не одного меня он видимо так к себе привязывает. Что тебе стоит в гости раз в десять лет заглянуть, а вот для него это пшик, секунда, судя потому сколько он живет, ведь он не жив ни мертв и время ему не указ.
Тут на берег из воды кто-то плюхнулся и прыгая, начал подниматься наверх. Шмякающий звук все приближался. Мы насторожились, что ж это за чудище такое досюда добралось.
Камень начал злобно и истошно кричать, воспылав огромным пламенем:
- Кышь! Вон пошел! Сколько мне еще раз повторять... Кышь... Кышь окаянный!
Мы приготовились к худшему, Горыныч с Дубыней схватились за оружие, загородив меня, кота и камень.
И тут из темноты показалась милая мокрая мордаха морского тюленя. Он с довольной моськой, не обращая даже внимания на вооруженных мужиков, прочпокал к камню. Попрыгивая мимо меня, я смог в близи наконец разглядеть ночного гостя: тело его в длину было где-то около метра и с довольно упитанной округлой наружностью, а черная шкурка отливала красивым серебристым цветом. Тюлень совершенно не теряясь весело продолжал прыгать в сторону Алатыря, тот же истошно орал на него.
- Вон! Пошел вон, кому говорю! Неееет!, - отчаивался камень.
Мужики опустили оружие и, провожая взглядом мокрого гостя, ждали, что же будет дальше. Тюлень, добравшись до камня и с легкостью перепрыгнув кота, шмякнулся всей своей не маленькой массой на валун, проголосив гаркающим звуком. Наглец тут же довольно развалился на разъяренной глыбе к верху брюхом.
- Мфееет...
Услышали мы отчаянный приглушенный стон. Мы стояли и смотрели на это секунд тридцать, а потом взорвались смехом, не-е, ну это было реально эпично.
- Фхтонибуфть фнемите ехо с феня, профуу.
Великан даваясь смехом, подошел, взял тюленя как тюк и положил рядом с камнем, как бы намекая ему, что так делать не надо.
- Ох... Благодарствую. Достал, мочи нет, один раз пригрел змею, теперь не отвязаться.