Людвига Карловна, как называли хозяйку дома в России, немедленно поднялась навстречу новым гостям с приветливой улыбкой на лице. Это была полная цветущая дама средних лет, которая уже вышла из возраста метрессы, но зато могла держаться с каждым посетителем как старый, все понимающий друг.
Прасковья Александровна сказала ей несколько слов по-немецки. Так тихо, что оглядывавшаяся по сторонам Като их даже не расслышала. Хозяйка почтительно закивала и широким, не лишенным изящества жестом пригласила подруг проследовать в глубь анфилады комнат. Великой княгине показалось, что Дрезденша смотрит на нее чуть насмешливо. И правда: вуаль, под ней маска, широкий плащ, не позволяющий судить о фигуре, капюшон, полностью скрывающий волосы... Пожалуй, в этом пестром, сияющем зале с его изысканно раздетыми обитательницами, среди голых плеч и полу прикрытых кружевными платками бюстов, Като, так желавшая остаться незамеченной, в своем черном платье привлекала наибольшее внимание.
Великая княгиня на мгновение смешалась, но взяла себя в руки. "Я приехала по делу, -- сказала она себе, -- и не уйду, пока дело не будет сделано. Что же Прасковья?"
Брюс уверенно шествовала рядом с ней, она чуть склонила голову вперед и нахально улыбалась всем встречным. Судя по тому, что графиню многие приветствовали вполне дружелюбными возгласами, ее узнавали даже в маске.
-- Парас! Что за чучело ты с собой привезла?
-- Какая-нибудь добродетельная вдовушка, изнывающая от скуки? Боится нарушить траур по дураку-мужу?
Все эти замечания относились к великой княгине. Като почувствовала, как под жарким, плотно облегавшим лицо бархатом ее кожа пылает от стыда.
-- Давайте сдернем с нее маску! И посмотрим, кто это такая! Клянусь, я ее знаю!
Цесаревна замерла от испуга. В комнате находились не только дамы, но и кавалеры. Они сидели на широких диванах с гнутыми спинками, обнимая своих пассий, пили венгерское и дразнили проходящих. Вокруг слышался смех и обидные реплики по адресу закутанной в черное фигуры.
Два молодых, уже изрядно набравшихся типа оказались по бокам от вновь прибывших дам. Как видно, с довольно серьезными намерениями.
-- Брысь! - не разжимая зубов, цыкнула на них Прасковья. - Не по вашим кошелькам товар!
Однако на кавалеров ее слова не произвели никакого впечатления. Брюс поздно поняла, что совершила ошибку: перед ней были не просто подвыпившие богатые лавочники или парикмахеры, часто торчавшие в заведении Дрезденши. В этой комнате спутницы столкнулись с преображенцами, о чем свидетельствовали разбросанные на стульях форменные кафтаны, снятые тяжелые перевязи со шпагами и даже загнанные под диваны треуголки.
Подоспевшая Дрезденша было залепетала что-то вроде: "Господа, господа, в моем заведении не принято нарушать инкогнито посетителей..." но была отодвинута в сторону мощной лапой одного из гвардейцев.
-- Ты, блядь, помолчи про свое заведение!
-- А ну посмотрим, что за птица. - другой протянул руку к маске Като и в тот же миг взвыл, потому что великая княгиня выпрямилась и влепила ему звучную пощечину.
-- Молчать, мерзавец! - крикнула она так, что у нее самой заложило уши. - Ты как стоишь, и с кем разговариваешь? Мое лицо закрыто, но твоя-то рожа, слава Богу, без маски! Еще одно слово, и твой командир завтра же устроит тебе пять нарядов в карауле.
Оглушенный ее криком гвардеец было отступил, но спохватился, подбодренный хохотом товарищей.
-- Что, что ты мне можешь сделать, сучка? - С издевкой поинтересовался он, схватив Като за руку и резко завернув локоть назад. Ну, снимайте с нее вуаль, маску и все остальное! - крикнул он приятелям.
Прасковья взвизгнула и вцепилась зубами в руку нападавшего на Екатерину гвардейца, но была отброшена в угол сильным шлепком по лицу.
-- Братцы! Братцы! Какой дьявол вас взял? - Раздался вдруг из угла насмешливый резкий голос. - Вы так все заведение разнесете. Води вас после этого в приличные места!
С дивана у окна приподнялся светловолосый всклокоченный гигант в белой рубашке с развязанным воротом и наполовину стянутых ботфортах. Он с усилием оторвал от себя растрепанную головку обнимавшей его девицы и, дав ей легкий подзатыльник, встал на ноги.
-- Оставьте ее, -- бросил он расходившимся товарищам, застегивая ремень и подходя ближе. - Девок вам разве мало?
Като смотрела на него во все глаза. Если б не маска, ее брови, взметнувшиеся вверх, просто перечеркнули бы лоб. Великая княгиня испугалась, что выдаст себя нечаянным возгласом и прикусила губу. Перед ней, вальяжно переминаясь с ноги на ногу и бесстыдно сплевывая на пол, стояло ее нечаянное ночное приключение. Собственной персоной. Конечно, она ради него и приехала. Естественно, его и искала, но... все равно не ожидала застать своего преторианского атлета при столь малоприятных обстоятельствах.
-- Уходите, мадам, - вдруг совершенно трезвым голосом обратился он к ней и, быстро взяв Като за локоть, потащил ее к двери из комнаты. Уходите, пока они меня еще слушаются.
Великая княгиня не успела опомниться, как спутник почти вытолкал ее на лестницу.
-- Сразу видно, что вы здесь впервые, - резко сказал он, -- и что вам здесь не место. Это потаскушка Брюс привела вас сюда? Если она ваша подруга, то пошлите ее к черту. Идите домой, пока с вами ничего не случилось. Порядочной женщине здесь не место.
-- Почему вы думаете, что я порядочная женщина?
Като с усилием подавила улыбку. Он ее не узнал, но вел себя достаточно благородно. "Портовый крестоносец! -- Усмехнулась она. -Кажется, я не ошиблась".