– Слушай, Эш, не хочешь завтра в кино пойти? Я купил…
– Нет, не хочу! Сколько можно уже ко мне приставать? Отвали от меня!
– Да ладно тебе! Я на классный фильм билеты купил.
– Не хочу! И вообще, не говори со мной. Вор!
– Эй, что за наезд?
– Да потому что все уже знают, что вы недавно с ребятами из дома Ларкинсов всё своровали, даже еду из холодильника!
– Враньё! Мы не воры.
– Ну да, конечно, – Эшли сразу подумала об отце Джеймса, который за свою жизнь точно уж хоть что-то своровал.
– Я тебе клянусь, что мы таким не занимаемся. Особенно – украли всё в доме Томаса. Мы, по-твоему, у своих же воровать будем?
– Мне всё равно. Я просто не хочу с тобой разговаривать и уж тем более куда-то ходить! – Эшли развернулась и быстро ушла.
«Боже, как же он мне надоел!» – подумала она про себя и зашла в кабинет. Это было единственное место спасения, так как в её класс он не сунется. Не так давно они подрались с Бобби, и учитель пригрозил, что если ещё раз увидит, как они дерутся, то выгонит из школы. А они точно подерутся, если увидят друг друга…
После этого прошли очередные нудные уроки, бессмысленные разговоры с одноклассницами, чередующиеся с приставаньями Джеймса. Эшли ещё раз отметила, что сегодня не её день. За всё это время Джеймс надоел ей даже больше, чем лунатизм сестры. Она не понимала, как можно быть таким упрямым. Ведь она говорила «нет» уже сто раз. Сколько можно к ней приставать?
Перед уходом из школы Эшли взглянула на себя в зеркало.
«И что он во мне нашёл? Ведь есть куча других девушек посимпатичнее».
Она уже давно перестала нравиться себе в зеркале. Даже новая причёска не помогла. Зачем она послушала маму? Каре как будто ещё больше подчеркнуло её слишком круглое лицо. Глаза ей также не нравились. Голубой – вот идеал красоты. А у неё что? Цвет грязи. В зеркале, особенно во весь рост, Эшли понимала, насколько она толстая. Не толстуха, конечно, но и не милая пухляшка. Ей совсем не нравилась её чересчур большие для четырнадцати лет грудь и ляжки. Хотя мама постоянно успокаивала её и говорила, что мальчикам такое нравится. Но это неправда. Самый яркий пример – Аманда. Это была самая красивая девушка в их классе. У неё совсем не было груди, она была худой и стройной, и парни за ней табуном бегали.
«Вот какие девушки парням нравятся, а не такие», – и она снова посмотрела на своё отражение в зеркале и грустно вздохнула.
Из-за дополнительных уроков Эшли вышла из школы, когда солнце близилось к закату. Она готовила извинения для Кэнди. Сестра наверняка весь день проплакала из-за утренней ссоры. Эшли ещё раз посмотрела на синяк.
«Прости, Кэнди, я понимаю, что тебе тоже тяжело».
Поднимаясь по каменной лестнице, Эшли услышала стук копыт и остановилась. В нескольких метрах от неё стоял жеребёнок. Девушка несколько секунд недоумевала. Откуда здесь жеребёнок? Ещё и почти в центре города. Уже давно никто из соседей не занимается скотоводством.
Вдруг жеребёнок встал на задние копыта и издал звук, совсем не похожий на ржание. Это больше напоминало скрипучий хохот старухи. Глаза жеребёнка засверкали и были похожи на два красных огонька. От вида этого чудовища Эшли вскрикнула и пошатнулась. В следующий миг она увидела красное небо с плывущими по нему огненными облаками.
* * *
Когда Эшли открыла глаза, наверху красовался белый обшарпанный потолок. Голова ужасно болела. Она медленно приподнялась, но даже от малейшего движения у неё зашумело в ушах. Поэтому она не слышала, что говорили девушки возле её кровати. Она только чувствовала запах лекарств и больницы…
Через несколько минут пришёл врач. Только тогда Эшли поняла, что голова её перевязана. Врач сказал, что она упала с лестницы и ударилась. Само падение Эшли не помнила. В голове девушки остались только обрывки воспоминаний: красное небо и два глаза, в которых пылало пламя. Но чьи они были? Кого она увидела? От этих вопросов голова болела сильнее, и Эшли сдалась.
Врач сказал, что она пролежит здесь не меньше недели. Эта новость ужасно её расстроила. Она никогда не лежала в больнице, но часто приходила к своей сестре, которой за короткие одиннадцать лет «повезло» оказаться здесь уже три раза. Кэнди часто рассказывала, как здесь тяжело и скучно. Да и кормят отвратительно.