«Но почему здесь его фотография?»
Ответить на этот вопрос можно только одним способом.
Тим выбежал из комнаты и подбежал к зеркалу в ванной. На него, как и всегда, смотрел размытый силуэт. Он потряс головой, протёр глаза, но всё равно не мог рассмотреть лицо.
– Чёрт возьми, кто я? Я хочу понять, хочу увидеть! Том, соберись!
Он вздрогнул.
«Том, соберись!» – эту фразу он часто говорил себе.
«Том… Значит, я и вправду Томми Гаррисон. Но кто тогда Томас?»
Внезапно раздался щелчок входной двери.
«Он вернулся».
– Кое-чего не было в магазине, придётся завтра ещё раз сходить. Ты что, до сих пор ничего не убрал? Я отсюда всё вижу! – Томас активно снимал ботинки, пока не заметил на себе неотрывный взгляд, и посмотрел в ответ. – Что у тебя с лицом?
– Мне тоже очень интересно, что у меня с лицом.
Томас обернулся и заметил, что дверь в его комнату открыта. Томми думал, что он начнёт ругаться или набросится на него, но тот только улыбнулся и с каким-то странным наслаждением в голосе произнёс:
– Понятно.
– Что тебе понятно?
– Было забавно использовать тебя как собачку. Но веселью всегда приходит конец.
Томми заглушил закипавшую злость и задал самый важный вопрос:
– Кто ты такой?
– Хочу задать тебе тот же вопрос.
– Я – Томми Гаррисон. А ты?
– Ха-ха, ну хорошо! А я – Томас Гаррисон.
– Мы близнецы?..
– В каком-то смысле.
– Я тебя не понимаю…
– Слушай, Томми, я тебе помочь хочу.
– Чем же?
– Хочу открыть тебе глаза на твою никчёмность. Мать твоя залетела, а аборт было делать слишком поздно. Она не знала, куда тебя деть, когда ты родился, поэтому просто забила на тебя. Так, никому ненужный, ты слонялся без дела всё своё детство, пытаясь хоть чем-то угодить своей мамаше, чтобы она обратила на тебя, несчастного, внимание. Но её больше интересовали соседские мужики, чем собственный ребёнок. Твоя успеваемость в школе была хуже средней, ты даже в местный институт не смог поступить. Единственное место, куда ты смог устроиться, слоняясь в поисках работы по всему городу, был антикварный магазин. И то у хозяина на тебя были определённые планы, которые ты не смог оправдать. В итоге ты ему только всё испортил. Чуть не сорвал такой великий замысел! Я-то, наоборот, ему помогаю, в отличие от тебя. Вот и зачем так никчёмно жить? Предлагаю тебе сдаться и наконец-то помереть. Ты же ничего не можешь. Хотел стать героем, спасти жизни. И что в итоге? Смог только сбежать, когда тебя спалили, и удариться головой. Если бы ты не зашёл в мою комнату, то так бы и сидел на диване, держась за свою бесполезную голову.
– Я что-то узнал, да? И теперь ты хочешь меня отвлечь, чтобы я не рассказал полиции?
– Много чести. Мне было бы слишком лень. Да и ради чего?
– Ради денег! Тебе заплатили.
– Пф! Ты о себе слишком большого мнения.
– Тогда зачем ты устроил весь этот спектакль? Что тебе нужно?
– Ты, – его голос прозвучал настолько пронзительно, что у Томми на секунду заложило уши. – Твоя жизнь.
Томас резко встал и ударил Томми по голове, отчего его старая рана открылась и он упал на пол. Перед глазами мигали красные точки, а в ушах звенело. Томас готовился нанести новый удар, но Томми увернулся и, зажимая рукой затылок, побежал на кухню.
– Зачем ты сопротивляешься?
Томми судорожно искал, чем можно защититься. Он готовил здесь уже несколько дней и хорошо знал эту комнату. Томми схватил нож из ящика и принял оборонительную стойку.
– Cлабак! У тебя не хватит сил убить меня! Сдавайся!
Томас с безумной улыбкой на лице набросился на Томми. Ему показалось, что время в этот момент остановилось. Он яростно поднял нож, в лицо брызнула тёплая и липкая красная жидкость, во рту почувствовался привкус металла. Томас с грохотом упал на пол перед ним. Томми в страхе выронил нож и нагнулся к телу.