— Что это? Где мы? — Спросил Глеб.
— Это коллекционный зал. — Ответил Дервиш, стоя между серо-зелёных статуй, и оглядывая их. — Здесь учителя, воины, учёные, мастера. Исследователи. Те, кто двигал науку и искусство, учил других любви и правде, те, кто служил эволюции духа и защищал жизнь.
— Откуда они?
— Они жили в трёх мирах с начала времён.
— Странное место. — Сказал Глеб, оглядывая зал.
— Да. — Согласился Дервиш. — Здесь всё устроено иначе, чем в человеческих жилищах.
— Почему я здесь один? — Спросил Глеб.
— Вы все здесь. — Ответил Дервиш.
Глеб покрутил головой:
— Я никого не вижу.
— Ты не видишь Славу, потому что так нужно. А Вике ещё рано путешествовать. Она видит всё твоими глазами.
Глеб шёл между застывшими фигурами. Невероятно худой высокий человек с лицом, очень напоминающим лошадиное из-за длинной выступающей челюсти и очень короткого носа, лечил лапу небольшого динозавра. Стоящая чуть дальше фигура, закутанная в длинный плащ, представляла некоего мастера, вырезающего знаки на ровном квадратном камне. Ещё дальше безволосый худощавый человек пятиметрового роста в одежде, напоминающей монашескую тогу, улыбаясь, держал в десятипалых ладонях огромный светящийся шар.
— Что мы здесь делаем? — Спросил Глеб.
— Простые смертные не должны здесь находиться. — Ответил Дервиш. — Вам разрешили посетить это место, чтобы вы научились познанию. Походи здесь, послушай себя. То, что будет тебе нужно и полезно, обязательно обратит на себя внимание.
— Объясни. — Глеб остановился и посмотрел на Дервиша.
— Подойди к любой статуе, которая покажется тебе интересной, и попробуй увидеть.
— Что увидеть? — Удивился Глеб.
— Жизнь. — Ответил Дервиш.
Глеб посмотрел вокруг и, выбрал фигуру крепкого мужчины верхом на звере, похожем на гепарда. Длинные, обвитые жилами, крепкие лапы животного заканчивались изогнутыми когтями, голова на мощной шее свирепо пригнулась, мускулистое тело напряглось, готовое к рывку, приоткрытая пасть обнажила в оскале острые клыки. Из груди животного чуть ниже передних лап торчала ещё одна пара коротких, очень похожих на крабьи, кончающихся острым когтем. Они были сложены и плотно прижаты к груди. Глеб, прочувствовав мощь и свирепую силу животного, вздохнул, переведя дух, и поднял глаза на седока. Тот больше не был каменным. Серо-зелёный цвет статуи растворился, и наездник приобрёл свои цвета. Косматая голова с заплетёнными в косы волосами поворачивалась из стороны в сторону, взгляд острых глаз из-под мощных надбровных дуг вперился в горизонт, борода шевелилась на ветру, на груди развевались шнурки одежды. Зал со статуями исчез, вокруг была раскалённая солнцем каменистая пустыня, с высящимися кое-где полуразрушенными скалами из песчаника. Держась за широкий ремень, одетый на шею зверя, человек крикнул что-то, и животное рванулось вперёд. Острые когти вспороли землю, отбрасывая назад вырванные комья, горло издало хриплый рык, и мышцы под шкурой зверя яростно заработали. Неудержимый бег по каменной пустыне приносил ему удовольствие, и он радостно мчался вперёд. Наездник крепко держался за широкий ремень, длинные волосы развевались на ветру, плащ из шкуры от порывов ветра подлетал кверху и падал. Стремительно прыгая с камня на камень, перемахивая через огромные глыбы, зверь летел вперёд, подобно чёрной молнии. Но вот наездник заметил тех, кого он искал. Несколько чёрных точек вдалеке двигались цепочкой. Наездник коленями направил бег зверя к ним. «Уф-уф-уф-уф» — воздух шумно вырывался из груди животного, перепрыгивающего каменные глыбы и разбрасывающего за собой шрапнель стучащих по валунам мелких камней, вырванных из земли острыми когтями. Заметив приближающегося всадника, враги заулюлюкали, громко крича и подпрыгивая, угрожающе трясли копьями над головами. Всадник вытащил из-за пазухи два камня, связанных верёвкой, и начал крутить их над головой. Как только зверь оказался достаточно близко, он метнул своё оружие в ближайшего врага. Верёвка фыркнула в воздухе и тотчас обмоталась вокруг шеи закутанного в шкуру верзилы. Камни разбили его голову, и враг рухнул на землю, выронив копьё. Всадник спрыгнул со зверя, кувыркнувшись по земле. В руках он крепко сжимал дубинку с вбитыми на конце звериными клыками. Уклоняясь от брошенных копий, он отважно ринулся на врагов. Двоих зверь уже сбил с ног, прыгая на них и кусая. Крабьи лапы втыкали свои острые когти в тела поверженных и прижатых к земле врагов, насквозь пронзая их. Через несколько мгновений бой закончился. Зверь разрывал мёртвые тела, жадно заглатывая куски мяса.