— Айро, идём обедать! — звонкий девичий голос был словно придавлен полуденным зноем. — Мама зовёт!
Айро отложил рубанок, провёл рукой по доске, проверяя её ровность, и, обернувшись к сестре, весело крикнул:
— Зулья, полей мне!
Нагретая солнцем вода лилась по спине и плечам, сразу исчезая в горячей, сухой земле. Девушка, улыбаясь, лила воду из кувшина, потом плеснула на голову брата, и со смехом бросилась бежать.
— Стой! — Айро вытирался платком, с улыбкой глядя ей вслед.
Прохлада дома, простая мебель, запах чего-то вкусного, смеющееся лицо Зульи, счастливое лицо матери, с удовольствием раскладывающей в миски еду…
Солдаты во дворе дома убирают со своей дороги лежащие на жёлтом песке струганные доски… Круглые тени от полуденного солнца под их ногами… Офицер, прочитавший что-то плачущей матери, бросил ей в руки связку блестящих металлических пластинок на кожаном шнурке… Испуганное лицо Зульи, прижавшейся к матери… Солдаты взяли Айро за плечи и вывели на улицу…
Под навесом, закрывающим от обжигающих лучей солнца, на циновках, расстеленных на белоснежных камнях большого, обнесённого каменными стенами двора, скрестив ноги, сидели молодые парни, а между ними ходил офицер. В руках он держал толстую книгу из тончайших золотых пластин с гравированными символами и картинками:
— Теперь вы воины! Наш великий государь, царь Джамалушта, доверил вам охрану нашего государства! Теперь вы должны прилежно учиться! Я ваш инструктор, и вместе со мной вы изучите вот эту книгу, которая называется «Искусство воина». В ней излагаются все науки и искусства, имеющие отношение к войне, включая психологию.
Серый дождливый день. Инструктор громко кричит фразы, которые тут же громко повторяют стоящие под проливным дождём курсанты:
— Смерти нет! — Кричит инструктор.
— Смерти нет! — Отвечают курсанты.
— Моё тело — рубашка!!
— Моё тело — рубашка!! — Кричит Айро, чувствуя, как болит от крика его горло.
— Мне плевать, если её порвут!
— Мне плевать, если её порвут!! — Отвечает он, мечтая осипнуть.
— Презрение к смерти есть главное достоинство, к которому я стремлюсь!!!
— Презрение к смерти есть главное!..
Резкая вспышка подбросила ствол в руках, и мишень превратилась в пылающий факел. Глеб обратил внимание, что огромная пищаль, которую он держал, была удивительно лёгкой, как тростинка!
— Она так мало весит, потому что в ней установлена плата антигравитации. — Пояснил голос Бэккета.
Глеб увидел небольшую пластинку тёмно-коричневого цвета, спрятанную в цевье.
— Наши учёные давно открыли эту способность одного специального сплава. Так давно, что уже в мои времена применяли её везде. Все летательные машины были оборудованы такими платами. Платы разной величины ставили и в военной, и в гражданской технике. Её монтировали в тяжёлых инструментах, обуви, даже в рюкзаках и хозяйственных сумках…
Под высокими золочёными сводами ярко сияли большие матовые шары, подвешенные к потолку. Светящиеся полосы на стенах большого кабинета освещали двоих собеседников в золотых головных уборах и расшитых одеждах. Они лежали на двух ложах, установленных одна против другой, пили из глубоких чаш и подставляли изнывающие от жары тела прохладному ветерку, дующему из маленьких приборов на золотых треногах.
— Поймите, генерал, — говорил один из них, обращаясь к собеседнику, — положение нашего кабинета в парламенте таково, что мы рискуем потерять всю нашу власть и влияние. Наши враги набирают силу. Лорд Пуштари пользуется теперь благосклонностью царицы, и она щедро дарит ему своё внимание, несмотря на то, что прекрасно знает о его тайных связях с Аштарой. Она желает мира и верит, что этот выскочка Пуштари сможет его добиться для неё. Нам нужна эта война! Казна немного опустела, экономика не в лучшем своём состоянии, народ недоволен, что весьма справедливо! Вы ведь понимаете, что, когда нет войны, агрессия людей ищет выхода внутри общества, но если мы покажем врага, то немного разрядим обстановку, поправим финансовое положение государства, а также укрепим свои позиции. Вы сами видите, что необходимо срочно принять серьёзные меры к исправлению ситуации, и восстановить наше влияние в парламенте. Повторяю, нам нужна эта война!
— Вас не беспокоит, что будут погибать наши солдаты? — Ответил генерал. — Ведь это наши с вами соотечественники?
— Что, женщины в Ассальпурадзи перестали рожать?
— Советник Идрис! Ваш цинизм… он неповторим!