— Но ведь человек не сам по себе такой, таким его создал бог? — В сомнении возразил Айро.
— Мир внутри нас мы создаём сами, — покачал головой дервиш, — и сами его разрушаем. И поэтому можем спасти сами себя!
В главном зале дворца, под золотыми сводами высоких потолков порхало множество огромных разноцветных бабочек, сквозь плеск водопада слышалась негромкая музыка. Джамалушта лениво пил вино, слушая сидящего перед ним генерала:
— Великий государь, видимо, представляет, сколько он потеряет воинов?
Рапануштра усмехнулся, бросив взгляд на генерала, и процедил сквозь зубы:
— Государь не считает воинов! Создатель заберёт себе столько, сколько ему будет нужно!
Он махнул рукой. Слуги зажгли большое зеркало на стене.
— Что вы знаете о генерале Шумкатра, о его методах ведения войны? — Спросил Рапануштра, подводя генерала к светящемуся на стене экрану. — Как он обычно предпочитает вести бой?
— Генерал весьма старомоден в своих стратегиях. — Отвечал Рапануштре его собеседник, с помощью кнопок меняя изображения в сияющем на стене зеркале. — Он обычно применяет классический приём полководцев Аштары — обход тяжёлыми машинами с фланга, и удар виман, но сейчас у него очень мало техники, и в ближайшее время ситуация для него не улучшится. Хотя сейчас он располагает тридцатью орудиями и шестьюстами тысячами солдат, вооружённых пищалями.
Айро проводил дервиша до ворот лагеря. Ему хотелось сделать для него что-то хорошее на прощание, и он, взяв руку дервиша, положил в неё золотую монету:
— Возьми! Куда ты направишься теперь?
— Я буду недалеко! — Улыбнулся дервиш. — Я буду ждать нашей встречи!
— Это вряд ли! — Грустно улыбнулся Айро. — Я солдат, и моя жизнь мне не принадлежит. Прощай! Береги себя, божий человек!
— Я буду молиться за твою жизнь! — Дервиш положил руку на его плечо. — Не бойся ничего!
На главной площади столицы проходила торжественная церемония вступления в войну. Площадь была полна выстроенных квадратами гвардейских частей, одетые в парадную форму по родам войск. Джамалушта в золотых ритуальных доспехах взирал на всё сверху, со своего трона, установленного на выходящем на площадь балконе дворца. Рядом с ним стоял Рапануштра, время от времени он наклонялся к царю и что-то говорил ему, показывая на проходящие по площади полки и военную технику. Под балконом стояла толпа военачальников, придворной свиты, жрецов и гостей в пёстрых дорогих одеждах. Ветер разносил над площадью разноцветный дым, колыхал флаги и штандарты, золотые парадные одежды стоящих на площади командиров, военачальников и солдат-гвардейцев. Военные марши, звучавшие из расставленных громкоговорителей, сменялись один за другим. Через площадь с оружием в руках шли колонны солдат под разными флагами. В одном из полков шёл Айро, сжимая в руках свою пищаль и внимательно слушая чёткий ритм марша! Стиснутый плечами марширующих рядом сослуживцев, он чувствовал, как его сандалии бьют по земле в такт музыке. Его глазами Глеб увидел спину идущего прямо перед ним воина, тоже марширующего в плотной шеренге. Шлем на его голове сотрясался в такт марша, по бритому затылку стекали струйки пота. Дальше, впереди колонны, он видел неспешно шагающего огромного слона, возвышающегося над головами солдат, укрытого ритуальной золотой попоной, с золотой беседкой, возвышающейся на его спине. Слон был раскрашен в цвета богов войны, на его бивни были надеты золотые чехлы, украшенные огромными драгоценными камнями, переливающимися в лучах солнца. В беседке сидели наряженные люди, бросающие во все стороны лепестки цветов.
Над разогретой под жарким солнцем зелёной травой, над колышущимися от лёгкого ветерка цветами неспешно плыли слова молитвы. Дервиш, привычно закрыв глаза, вполголоса читал их одну за другой, сосредоточив свои мысли на одном образе…
В главный зал дворца вошёл дворецкий в золочёных одеждах с посохом, сияющим голубыми и золотыми искрами. Стукнув в пол своим посохом, он, как предписывает дворцовая церемония, нараспев громко обратился к сводам зала:
— О, лучезарный, повелитель вод, земель и небес трёх миров! Князь земель Хоузи просит ваше светлейшество…