— Ты тоже воин! Всегда носи платок. Твои волосы должны быть закрыты. Глаз Баланги может увидеть светлые волосы, и тогда они придут за тобой.
Вика, побледнев, повязала платок на голове и встала рядом с Глебом, не зная, куда деть руки. Умала быстрым коротким движением вытянул руку в сторону и опустил её ладонью вниз. Подчиняясь его жесту, воины сели на песок. Умала обратился к искателям:
— Тот, кто Дервиш, сказал, что вы были воинами в Сване. Я хочу увидеть ваше искусство. Тогда мы будем знать, чему мы должны научить вас, и чему мы сами можем научиться у воинов Сваны.
Глеб обернулся к Трутнёву:
— Комплекс с шестом помнишь? Аккуратнее с лезвием!
Он сел на песок рядом с Викой. Тала сидел чуть сзади от них и с любопытством следил за происходящим. Слава выдернул одно копьё из песка и вышел из образованного сидящими полукруга на середину импровизированной арены. Поклонившись, он закрутил копьё в руках, исполняя комплекс «Возвращение шеста». Глядя на него, Глеб наклонился к Вике:
— Не волнуйся, Викуля! — Зашептал он. — Нам же не обязательно связывать жизнь с Воинами Ночи. Мы позанимаемся с ними неделю-другую, а ты просто смотри и запоминай.
Копьё летало в твёрдых руках Славы, словно живое. Он наносил удары обеими лезвиями воображаемым противникам, прыгал и кувыркался, совершая стремительные повороты, подбрасывал и ловил копьё в самых немыслимых вариациях, манипулируя им так легко, словно оно было привязано к рукам невидимыми нитями. Закончив комплекс, он вновь поклонился и, вернувшись, воткнул копьё в песок рядом с другими. Воины Ночи восхищённо кивали головами.
Умала одобрительно воскликнул:
— Это великое искусство!
После этого воцарилось молчание. Морской прибой накатывал на берег изумрудно-прозрачными волнами, стоящая на пляже одинокая пальма с длинными бахромчатыми листьями колыхалась на ветру. Глеб встал с песка и протянул руку Трутнёву:
— Дай нож!
Взяв в руки нож Славы и свой, Глеб подпрыгнул, кувыркнувшись в воздухе, и, приземлившись на песок, тотчас начал исполнять комплекс рукопашного боя ВДВ с парными ножами, в очередной раз мысленно от всего сердца благодаря сержанта Ерменкулова. Он яростно кричал, прыгая и нанося удары ногами, кулаками и лезвиями ножей, перекатывался по песку и вскакивал на ноги, выкладываясь по полной. Закончив, он спрятал нож в ножны и, положив на ладонь нож Трутнёва, бросил его Славе рукояткой вперёд, озабоченно следя взглядом за его полётом. Трутнёв не подвёл — ловко поймав нож на подставленную ладонь, Слава стремительно воткнул его в ножны. От Глеба не ускользнули восхищённые взгляды воинов Умала. Тала смеялся от души.
Вождь хлопнул себя ладонями по коленям:
— Вы умелые воины! Научите моих братьев и сестёр своему искусству! — Он встал. — А теперь тот, кто Осаули, покажет вам Искусство Воинов Ночи.
Среди сидящих поднялся высокий, широкоплечий воин, с длинными черными волосами, заплетёнными в множество косичек. В его чёрную одежду на груди и боках были продеты зелёные шнурки. Вокруг его амулета на груди также вилась узкая сине-зелёная лента. Он спокойно вышел вперёд и поприветствовал искателей. Потом, выставив перед собой копьё, пригнулся и яростно посмотрел на Глеба. Глеб понял, что сейчас последует атака. Он немного потоптался, коротко прикидывая ситуацию, затем покачал головой из стороны в сторону, похрустев позвонками, разгрёб ногами песок и тоже наклонился в стойке. Осаули страшно закричал и бросился на него с невероятной скоростью, выставив перед собой копьё! Отчаянно стараясь не смотреть в бешено вращающиеся безумные глаза мчавшейся на него с яростным криком чёрной громадины, Глеб, взмокший от напряжения, следил за дистанцией, ожидая развязки. «Ни фига себе, учения!!» — взволнованно думал он, покачиваясь с ноги на ногу. Чувства бойца, заботливо выращенные сержантом Ерменкуловым внутри новобранца Глеба Савёлова, не подвели. Глеб ловко увернулся от копья, блоком отбив его и отшагнув в сторону, и с разворота ударил нападавшего ногой, но наработанный до рефлекса удар неожиданно провалился в пустоту! Глеб обернулся — Осаули с улыбкой спокойно стоял на прежнем месте, возле сидящих на песке смеющихся Воинов Ночи.
— Как он так быстро вернулся? — Глеб, обращаясь к Славе, ткнул пальцем в сторону только что нападавшего на него Воина Ночи.
— Он оставался там всё время. — Ответил Трутнёв, вскочил и быстро подошёл к Глебу. — Глеб! Ты, похоже, бился с его тенью! Я видел твои действия, понимал их, но возле тебя никого не было! Он всё время стоял там!
— Да как так?! — Глеб махнул рукой. — Я же видел!! Я что, по-твоему?!