Эвада коснулась своей груди рукой, глядя на Глеба и озабоченно посмотрела на Вику. Глеб услышал голоса в коридоре и вышел. Трутнёв громко разговаривал с Дервишем:
— Так ты обманул нас!
— Нет! Я просто не сказал вам всей правды! Я сделал это, чтобы у вас появилась мысль, которая изменит вас и ваши взгляды на жизнь. Так и вышло! Посмотрите, где вы, посмотрите на себя, на то, что вы делаете, и вы убедитесь, что я прав! — Отвечал Дервиш, глядя на подошедшего к ним Глеба.
— Разве нельзя было сразу всё сказать? — Возмущался Слава. — Тогда бы это не произошло!
Трутнёв ткнул пальцем в ту сторону, где была комната, в которой лежала Вика.
— Мы должны были вас проверить. — Спокойно ответил Дервиш.
— Что вам ещё непонятно? Мы для вас открытая книга! Что вы проверяли?
— Ты не должен так думать! — Покачал головой Дервиш.
— Я думаю, как получается! — Запальчиво возразил Слава.
— Я не имею права говорить вам всю правду! Помни лишь одно — я ваш друг!
— Друг, который хранит тайну от своих друзей! Глеб, ты что молчишь?!
— Это для вашего же блага! — Убеждал Дервиш. — Сейчас я не жду от вас понимания, но потом вы осознаете правильность того, что я делаю! Я должен достучаться до разума!
— До какого разума? Для чего? — Кипел Слава. — Конечно же, чтобы дать ему в руки меч? Или что там дают?
— Можно и так сказать.
— Так в чём проблема? Мы же постоянно говорим вам, что мы готовы! К чему эти тайны? — Повторял Трутнёв, как заведённый.
— Потому что кроме разума, есть ещё дикий зверь! — Спокойно ответил Дервиш. — И если он проснётся, тогда меч окажется у него!
Трутнёв замолчал, в тишине послышались шаги. Глеб обернулся — мимо них прошёл Каити. Он наклонил голову и коснулся груди в приветствии, затем с серьёзным видом прошёл в комнату, где находился Аланта.
— Вот они — ваши секреты! — Слава ткнул пальцем ему вслед. — Теперь Вику надо спасать! Забегали!
— Это распространённая реакция, не нужно переживать. — Ответил Дервиш. — Каждая психика индивидуальна, и реакция тоже очень специфична. К тому же женский мозг более консервативен, его мышление обусловлено природой. Успокойтесь, вожди имеют достаточный опыт решения таких проблем. Всё будет хорошо, она вернётся. Там на пляже, крылатый отравил её своими мыслями. Она попала в его ловушку. Очарование может быть и отрицательным. Она осознает ошибку и станет сильнее.
— Как после всего можно вам верить? — Возмущённо спросил Трутнёв.
— Мне жаль, что ты так думаешь! — Вздохнул Дервиш.
— А что ещё мне думать? Мы, оказывается — подопытные кролики! — Слава выразительно посмотрел на Глеба.
— Пройдёт время, и ты изменишь своё мнение. Многое для тебя изменится, и тогда ты сам поймёшь, что по-другому было нельзя.
— Теперь я понимаю, как началась война людей и богов! — Зло усмехнулся Трутнёв.
— Ты не прав! Ты не знаешь, — спокойно возразил Дервиш. — Сыны Арвилла хотели лететь в иные миры, чтобы повсюду нести его учение, но Боги не допустили этого! Тогда Арвилл научил своих Детей, как использовать оружие стихий против Богов. Именно поэтому сейчас Боги далеко от вас, чтобы не повторить прежних ошибок.
Слава хотел что-то ответить, но Глеб положил ему руку на плечо.
— Человек — это не что-то одно, он — объединение множеств. Только его воля способна превозмочь саму себя, и только он сам может себя изменить. — Дервиш вздохнул. — Идёмте, нас ждут.
Вика по-прежнему лежала на кровати и отрешённо смотрела в потолок. На принесённом помощниками столе стоял открытый ларец. За столом сидел Каити и сосредоточенно занимался составлением лекарства. Он понемногу сыпал на большой пальмовый лист порошки трав из разных коробок, бросал сверху щепотки каких-то семян, сухих ягод, затем положил сверху несколько разных сухих цветов. Капнув на горку трав ароматного масла из высокого узкогорлого флакона, Каити поджёг эту горку и быстро накрыл глубокой глиняной чашей. Через несколько минут он открыл чашу, выпустив в воздух клубы пряного дыма. На листе высилась горка тёмно-коричневой золы. Каити добавил в неё немного чёрного порошка из металлической коробочки, подцепив его оттуда кончиком ножа, пригоршню сухих трав, растёр в пальцах огромный сухой цветок, наполнивший воздух пряным ароматом. Затем он ссыпал всё с листа в глубокую чашу и залил соком тташ.
Эвада приняла из рук Каити чашу и разлила жидкость из неё в три чаши поменьше. Взяв одну, она поднесла её Вике.
— Пей! — Услышал Глеб её голос.
Нэсли приподняла голову Вики. Помощники поднесли две другие чаши Славе и Глебу. Каити налил в чашу, которой накрывал лист, масло, опустил фитиль и поджёг его. Держа в руках горящий светильник, Каити подошёл к Аланте и торжественно, с поклоном, передал его. Аланта принял чашу с горящим огнём из его рук и повернулся к искателям. Глеб смотрел на длинный язычок пламени над чашей. Его свет приближался, пока не заполнил всё вокруг. Пламя было спокойным и согревающим, наполняло тело и сознание теплом. Глеб услышал негромкие слова Аланты: