От неожиданности Глеб вздрогнул, но тотчас ответил, волнуясь:
— Я хочу познать истину!
— Которую из истин ты хочешь познать?
— Я не знаю. — Честно признался Глеб.
— Неискоренимая жажда ведёт тебя!
— Это плохо? — Глеб лихорадочно пытался думать, но совершенно не мог сосредоточиться.
— Ты пока спишь.
— Да, я здесь во сне!
— Сон — там! А здесь твой дом.
— Я не понимаю. — Глеб в растерянности смотрел на Будду.
— Я вижу большого ребёнка. Приходи, когда повзрослеешь. Тогда мы сможем понять друг друга.
Глеб повернулся, чтобы уйти, но Будда окликнул его:
— Не спеши! Ты должен это увидеть!
Глеб остановился, глядя на него в ожидании, и вдруг почувствовал, что растворяется…
… Душа плыла сквозь прекрасный, сияющий разноцветьем мир, расстилающийся перед ней. Она летела сквозь цветные облака, сквозь светящиеся, переливающиеся цвета и звуки, плывущие навстречу сверху и снизу. Душа пела, и мир вокруг отзывался ей музыкой цветов, ведь Песня Жизни состоит не только из звуков, подобно песням людей, Песня Жизни поётся всем, что вокруг — видимым и невидимым. Душа пела и осознавала себя, осознавала гармонию мира, её цвета менялись, становились чище, сияли и звучали вместе со всем вокруг. Но вот душа поняла, что что-то мешает ей петь Песню Жизни правильно, что-то в ней не может звучать верно. Это нужно было исправить, и душа захотела это сделать…
Глеб открыл глаза. Музыка! Где-то очень тихо играла музыка, он её слышал! Глеб сел на плите, вдыхая пряный аромат Зала Снов. Вокруг едва слышно звонили маленькие колокольчики. Тысячи маленьких колокольчиков, в которые ударяли капли воды. Они звонили на разные голоса, и их звон, тонкий и лёгкий, непостижимо сливался в фантастическую, сверхъестественную мелодию! Она лилась тихо и тонко, словно журчание ручья. Перед глазами неожиданно появился голубой луч. Яркое голубое пятно расширялось. Цвет был очень сильным и приятным для глаз. Пятно двигалось за взглядом, оставаясь перед глазами, куда бы Глеб ни смотрел. Спустя несколько минут его цвет поблёк, и оно растворилось, мелодия тоже утихла.
— Что ты видел? — Перед Глебом стоял Аланта.
Глеб рассказал Аланте о своём сне и видении. Аланта довольно улыбнулся:
— Ты быстро идёшь! Твой путь не будет долгим и утомительным. Хорошо!
Занятия с Воинами Ночи возобновились. Умала со сдержанной радостью встречал Славу и Глеба каждое утро на пляже, где их уже ждали выстроенные в шеренги воины в чёрных одеждах. Видя удивительные успехи своих учеников, от ударной техники Глеб решил перейти к броскам. Он объявил о своём решении, и со Славой демонстрировал сидящим на песке Воинам Ночи приёмы самбо. Они по очереди бросали друг друга на песок, показывая подсечки, подножки, броски. Сидящие на песке воины вначале с изумлением смотрели, как легко они проводят приёмы, выбивая друг у друга из рук нож или отбирая копьё, или просто освобождаясь от захвата, а потом начали смеяться, хлопать себя по коленям от радости и восхищения при каждом новом броске. Едва дождавшись команды Глеба «Построились!», воины сами бросились разбиваться на пары. Некоторые сразу стали пробовать свалить друг друга на песок.
— Отставить! — Рассердился Глеб. — Смирно!
Воины Ночи с удивлением обернулись на него. Никто из них не понял команд Глеба. Тот осознал, что отдавал команды по-русски.
— Встаньте на расстоянии руки друг от друга! — Увидев, как воины разошлись по песку, Глеб продолжил, — сначала отрабатываем умение падать! Это нужно, чтобы не получить повреждений при падении. Бросать друг друга будете только после того, как я увижу, что вы научились правильно падать.
Глядя на воинов олунха, осваивающих страховку на песке возле изумрудно-прозрачного сияющего моря, Глеб подумал, что сержант Ерменкулов сильно удивился бы, увидев, кто занимается отработкой рукопашного боя согласно разделу «Броски и падения» в его методичке.
— Что у тебя с Лане? — Обернулся он к Трутнёву.
— Да так! Ничего особенного! — Смутился Слава. — Просто девушка интересуется рукопашкой. Она же Дочь Ночи, что тут такого?
— Ты смотри, Слава! Здесь всё серьёзно! — Глеб мотнул головой. — Олунха не поймут наших взглядов на свободные отношения мужчины и женщины.
— Я и не собирался… — Слава покраснел и возбуждённо заговорил. — Нет, Глеб, это другое! Я постоянно о ней думаю!..
— Хорошо, если так! Смотри, Слава! — Повторил Глеб, но Слава уже не слушал его — он, улыбаясь, глядел в сторону.
Глеб повернулся и увидел идущую к ним по песку Лане. Девушка счастливо улыбалась, рукой она придерживала узкогорлый кувшин, который несла на плече. Подойдя, она приложила руку к груди и чуть склонила голову: