Говорят, пока человек чего-то не захочет по-настоящему, пока он не будет к этому готов, избавившись от иллюзий, страхов и ограничивающих убеждений, ничего толкового он не добьётся. Если только совершенно случайно - но и то ведь принять и удержать надо. Марина уже не представляла, как выгонять из себя тех чертей, что неустанно притягивали к ней партнёров с почти противоположными ей целями. И ладно бы у них не было желания создавать семью - у самой Марины череда поклонников последних лет не вызывала ничего, кроме скуки и отвращения.
Исключение было только одно.
Один.
Но он совершенно, абсолютно, никак не вписывался в её чётко прописанный план.
Такси тем временем подъехало к нужному зданию. В раздумьях Марина поднялась к себе, наскоро приняла душ и с полотенцем на голове уселась на кровати с бумагой и карандашом, чтобы в сто-пятьсот тысячный раз написать, чего она хочет достичь, и как это получить. С работой ведь обычно срабатывало. Уже минут десять спустя она была окружена исписанными сводками и таблицами. Одну она держала перед собой то вписывая, то вычёркивая пункты. В заголовке стояла буква А, а столбцы были помечены плюсом и минусом.
Список минусов был продиктован холодным рассудком.
Молод. Ну ладно, не критично. И в мире полно пар с большей разницей в возрасте. Но. Марина адекватно воспринимала свою внешность, несмотря на любовь к вещам более молодёжным. Благо, фигура позволяла. Может, она даже выглядела чуть младше своего возраста. Но всё равно меньше тридцати ей могли дать в очень (о-о-о-очень) удачные дни, тогда как Алекс, чёртов эльф, всегда выглядел юным красавчиков.
Ладно, внешность - это ерунда. И когда её вообще волновали такие вещи? Конечно, можно игнорировать мнение толпы, но вот только если и партнёра постоянное давление социума не смущает. Помнится, её типажом всегда был этакий брутальный мужчинка с лёгкой щетинкой, а телосложением и чертами лица стоящий где-то между Генри Кавиллом и Джейсоном Момоа. Но раз уж она ни разу об этом не задумывалась за время отношений, юный вид Алекса не мог идти ни в плюс, ни в минус.
А вот то, что он был психологически молод и не похож на человека, стремящегося к созданию семейного очага, было куда более весомым аргументом в колонке минусов. Пусть в Марине сейчас и горело желание обрести семейное гнёздышко, но по чести сказать, сама она была по характеру тем ещё не сидящим на месте живчиком с шилом в одном месте, и для баланса ей определённо нужен был кто-то спокойный, уравновешенный. Кто-то, на кого всегда можно положиться. Словом, ей нужен был кто-то... похожий на Алекса. Разве что старше и имеющий сходные цели на семью.
Марина почесала затылок кончиком карандаша.
М-да. И какой же это минус? Основные качества у Алекса наличествовали, а пока она метается, возраст тоже подойдёт.
Ну… допустим.
Что дальше? Известность? Ой, да вообще не проблема. Конечно, она не могла не заметить все минусы положения, когда ты вынужден всё время скрывать лицо и не имеешь возможности куда-то пойти из-за опасности быть узнанным. Но не так уж часто такое случалось. До сей поры хлипенькая маскировка Алекса выручала, а информация об их небольшом романе так и не была раскрыта. Правда, Марина догадывалась, что ей ещё не приводилось сталкиваться с настоящими хейтерами - теми сумасшедшими фанатками, которые ревностно оберегают кумира от посторонних баб.
Пункт “готовность к созданию семьи”. И снова здравствуйте. Как ни посмотри, с тем образом жизни, что вёл Алекс, с бесконечными съёмками, разъездами, в отсутствии определённости в завтрашнем дне и даже элементарно постоянного места жительства, о какой семье можно говорить? Снова подождать, как в пункте с молодостью? А изменится ли что-то? И Марина совсем не ощущала в себе силы женщины, в одиночку способной вить семейное гнёздышко и преданно ждать мужа. Она ведь и сама была птицей перелётной.
Что бы дальше Марина ни писала: Китай, с которым Алекс связал свою жизнь, а она вовсе не горела желанием постигать особенности культуры и, боже упаси, языка; финансовая стабильность; общие интересы и прочее, прочее - всё так или иначе возвращалось к главному. Не важно, что она напланирует. Пока Алекс не будет сам готов, это всё останется лишь пустыми надеждами.
Она нарисовала большой минус и несколько раз обвела его. И замерла. Потому что, если она до сих пор раз за разом пишет этот список, даже после всех попыток найти мужа или хотя бы отца ребёнка, даже после всех этих месяцев с момента их расставания, если до сих пор видит его в своих снах и оборачивается на знакомое имя, ищет его в толпе, зная, что подобная встреча невозможна, и постоянно, постоянно возвращается мыслями к нему одному даже наедине с другими мужчинами... Очевидно, что справа невидимо маячит большой такой плюс, уравновешивающий всю шаткую структуру планирования судьбы. И кроется он, скорее всего, в ней самой. В том, что ни на кого более не ёкало и не ёкает её глупое сердце. И никакие психологи и маги с этим пока помочь не могли.