Мария наклонилась к Яше и сказала негромко:
— Мне всегда нравилось, как она это делает. У других — просто работа. А у неё всё будто встаёт на место само.
Яша не ответил. Он смотрел на Геру без привычной улыбки. Сейчас она была не командиром и не женщиной. Она была частью системы, и система это принимала.
Первичная стабилизация почти завершилась, когда внимание Геры зацепилось за что-то не привычное. Она замедлилась, сместила фокус и аккуратно раздвинула одно из переплетений. Внутри, там, где не должно было быть ничего лишнего, застрял обгоревший клочок. Слишком материальный для этой структуры.
— Стоп, — сказала она.
Илья оказался рядом сразу. Он наклонился, всматриваясь, и лицо его стало жёстким.
— Видите? Конец почерневший. Это не перегруз.
Он быстро провёл анализ, почти на ощупь.
— Остаток вмешательства. Маленький, точный. Что-то вроде магического детонатора, но не для взрыва. Для надлома.
Мария выдохнула сквозь сжатые зубы.
— Значит, это намеренно.
— Да, — подтвердила Гера. — Это диверсия. Либо кто-то хочет очернить Держателей, либо подорвать узел целиком.
Она осторожно изъяла клочок, удерживая структуру в равновесии, и начала восстанавливать разрыв. Переплетения сопротивлялись не ей, а следу, который остался после чужого вмешательства.
В этот момент Яша напрягся.
Не резко. Почти незаметно. Но Гера уловила это сразу.
— Командир, — сказал он тихо. — Мы не одни.
Она не обернулась.
— Где?
— Не вижу, — ответил он. — Но чувствую. Смотрят. Ждут.
Мария начала поднимать защиту, Илья сместился ближе. Узел под руками Геры стал плотнее, как натянутая струна.
На границе восприятия мелькнул силуэт. Тёмный плащ, слишком цельный для тени. Он уже двигался.
— Там, — сказала Гера.
Силуэт сорвался с места резким рывком. Плащ взметнулся, и он рванул вперёд по мостовой, не оглядываясь.
— За ним, — сказала Гера.
Гера и Яша ушли левее, вдоль домов, где улица сужалась. Илья с Марией взяли правую сторону, открытую и опасную. Беглец двигался быстро и уверенно. Он знал город, знал, где камень крошится, где витрины тонкие, где перила держатся на честном слове.
Первая нить вспыхнула у него в руке. Он метнул её не в людей. Тележка разошлась ровными ломтями, мешки с мукой взорвались белым облаком, и он исчез в нём на секунду.
— Он режет окружение, — выкрикнул Яша.
— Он тянет время, — ответила Гера, перепрыгивая через доски.
Следующая нить ударила выше. Витрина разлетелась стеклянным дождём. Осколки летели навстречу, и Гера, не сбавляя хода, сместила связку, сбив траекторию. Стекло хрустело под ногами, воздух резало, но они шли дальше.
Беглец свернул во двор. Узкий проход, бельё на верёвках, сырость. Яша был быстрее. Камуфляж лёг мгновенно, он вынырнул сбоку, почти схватив плащ. Нить вспыхнула снова, разрезала верёвку, ткань посыпалась на лица. Яша перекатился и поднялся сразу.
— К рынку, — крикнула Мария.
Рынок жил. Люди, крики, прилавки. Беглец ворвался в толпу и начал резать пространство короткими, точными движениями. Столы распадались, ящики летели, яблоки катились под ноги, рыба падала на камень. Люди кричали и разбегались.
Гера держала его в поле зрения, чувствуя ритм. Он не бежал вслепую. Он проверял, где они отстанут. Илья попытался перехватить, но беглец резко сбавил ход и метнул нить вниз. Камень разошёлся плитами, и Илья едва перепрыгнул.
— Он читает нас, — крикнул он.
— Тогда меняем темп, — сказала Гера.
Она замедлилась на вдох, и беглец ошибся. Он ждал давления. Вместо этого Яша вынырнул сбоку, рванул плащ на себя. Ткань осталась в его руках.
Беглец ушёл дальше, уже без плаща. Последняя нить вспыхнула шире и грубее. Перила лестницы разлетелись, металл ударил в стену. Мария подняла защиту в последний момент, зелёные линии приняли удар. Когда пыль осела, его уже не было. Они стояли среди обломков, переводя дыхание. Яша сжимал в руке плащ.
— Ушёл, — сказал он.
Гера смотрела в проулок, где ещё дрожало пространство.
— Да, — ответила она. — Но мы его все равно поймаем.
Она подняла взгляд.
— Мы теперь знаем, что не только Держатели могут владеть магией.
Глава 12
Кабинет Алексея был безупречно собран. Тяжёлый стол из тёмного дерева, аккуратные стопки документов, ни одной лишней вещи. Даже свет здесь ложился ровно, не оставляя резких теней. Он стоял у окна, спиной к двери, и смотрел вниз, наблюдая как Кришинская садится в экипаж со своей командой. Будто старался запомнить все её движения, линии и изгибы. Сам не заметил, как погрузился глубоко в свои мысли.