Клочок ткани.
Он вытащил его осторожно. Ткань была надорвана так, как рвут в спешке, но целенаправленно. На краю темнело пятно — след сажи.
Илья поднял глаза сначала на Марию, потом на Геру.
Слова оказались лишними.
— Они не ушли добровольно, — тихо сказала Мария.
Гера взяла ткань в руки. Пальцы сжались крепче.
— Главное, чтобы они были живы, — произнесла она. — Значит, они в беде. Нам нужно срочно их найти.
Аркадий уже собирался что-то добавить, когда с улицы донёсся звук. Все резко повернулись. Они переглянулись — коротко, без лишних вопросов.
Сначала звук был низким, почти незаметным, как далёкое жужжание. Потом усилился, стал резким, трескучим, резанул по воздуху. Стены казармы дрогнули. Ударило по вискам так, что внутри поднялся первобытный страх.
Мария первой зажала уши. Илья согнулся и выругался. Гера почувствовала, как пространство вокруг начинает вибрировать, натянутое до предела.
Аркадий не стал думать. Он знал этот звук и знал, что приходит следом. В два движения он схватил Геру за плечи и притянул к полу, прижимая к себе и закрывая своим телом.
— Монстры, — прошептал он ей в волосы.
Снаружи что-то тяжело ударилось о землю. Потом ещё. Шаги и рывки слышались со всех сторон казармы: по звуку стало ясно, что их окружили.
Мария отняла ладони от ушей, лицо побледнело.
— Нет… — выдохнула она. — Мы бы заметили движение разлома.
Илья уже полз к двери, пытаясь увидеть через щель, что происходит на площади. Звук усиливался. Воздух потянуло жаром, как из раскрытой печи. Доски под ногами задрожали.
Гера поднялась первой. Лицо стало собранным и холодным. Нужно было действовать. Оружия у них не было — оставалась только сила Держателей.
Она посмотрела на Илью. Тот уже разделял нити магии для анализа. В его руках голубые линии светились слабым светом, складываясь в узор. Он растянул его до размера небольшой коробки, пробежал глазами — и выражение лица изменилось: сосредоточенность сменило удивление.
Илья развернулся и произнёс вслух то, что сам не ожидал сказать:
— Это не естественный разлом. Это призыв.
Аркадий резко посмотрел на Геру.
— То есть?
Гера сделала шаг к выходу, не оборачиваясь.
— Кто-то открыл его специально. И времени выяснять кто именно у нас нет.
В ту же секунду дверь казармы содрогнулась от удара. Доски треснули. За ними зашевелилось что-то тёмное и массивное. Когти заскребли по дереву.
Пустая застава не была брошенной. Её подготовили как ловушку.
Дверь не выдержала второго удара. Доски разлетелись внутрь казармы вместе с облаком щепок и горячего воздуха. В проёме показалась тёмная масса — не цельная, а собранная из дыма и плоти. Когти цеплялись за края, вытягивались и втягивались обратно. Существо не просто ломилось внутрь — оно проверяло границу, выискивало слабое место.
Гера шагнула вперёд первой. Связь раскрылась почти мгновенно. Узел на заставе был повреждён, но не разрушен. Его удерживало чужое вмешательство. Монстры шли не сами — их направляли.
— Не давайте им разойтись по зданиям, — сказала она быстро. — Держим периметр.
Аркадий уже двигался. Он вылетел через пролом, схватил первое существо за вытянутую конечность и с силой швырнул его обратно на площадь. Тело твари ударилось о камень и распалось на два куска, которые тут же начали срастаться.
— Они не одиночные! — крикнул он.
С площади доносился рёв. В разломе, зияющем посреди двора, клубилась тёмная воронка, и из неё одно за другим вываливались создания разной формы, но с одинаковыми пустыми провалами глаз.
Мария подняла ладони. Зелёные линии защиты вспыхнули вокруг входа, замыкая пространство, чтобы существа не прорвались внутрь казарм. Щит дрожал, трещал, но держался.
Илья, несмотря на боль, выстраивал сетку. Нити магии легли в воздухе над площадью, образуя грубую, но эффективную ловушку. Одно из чудовищ рванулось вперёд, запуталось, дёрнулось, разорвалось на части — и тут же начало собираться снова.
— Их слишком много! — Мария отступила на шаг, усиливая щит.
Гера вышла на открытую площадь. Воздух был густым и тяжёлым, пах гарью и железом. Разлом пульсировал.
Она подняла руки и направила связь прямо в центр воронки. Узел откликнулся болью, как открытая рана. Нити разошлись, пытаясь подчиниться, но что-то удерживало их с другой стороны.
— Кто-то подпитывает его, — выдохнула она.