Державин решил переменить место службы. Дальше оставаться в Петрозаводске он не мог. Приведя в полный порядок дела по губернии, покрыв из своих денег тысячную растрату Грибовского, попрощавшись с немногими петрозаводскими друзьями, Державин выехал в Олонец и Лодейное Поле под предлогом осмотра этих уездов. С дороги он послал Тутолмину рапорт об отпуске и, не возвращаясь более в Петрозаводск, отправился в Петербург. Там Державину довольно легко удалось получить перевод на такую же должность губернатора в другое наместничество— Тамбовское, и он стал готовиться к выезду.
Глава 8
ДЕРЖАВИН В ТАМБОВЕ
Тамбовское наместничество состояло из двух губерний— Рязанской и Тамбовской. Его открыли в 1779 году, и служебная машина там двигалась полным ходом.
По сравнению с Олонецкой губернией Тамбовская имела чуть не втрое меньшую площадь, но плотностью населения превосходила ее в четыре с лишним раза. Это был старый земледельческий край с барщинным крепостным хозяйством, находившимся в руках великого множества мелких помещиков, владельцев десяти, двадцати, сорока крепостных мужиков. Своей промышленностью губерния еще совсем не располагала, промыслы в ней были развиты слабо.
Губернский город Тамбов насчитывал десять тысяч жителей и был далеко не самым большим в губернии. Гораздо крупнее по своему торгово-хозяйственному значению и по числу жителей были такие города, как Козлов (ныне Мичуринск), Моршанск, Липецк и другие. Тамбов среди них занимал только седьмое место.
Когда-то — и не так уж давно, в XVII столетии, — Тамбов строился как пограничная крепость, — защищавшая подступы к Москве от крымских татар.
С годами он, конечно, утратил свое военное значение, но никакого другого не приобрел и ко времени приезда Державина являл собой вид довольно захолустный.
Впрочем, таким он оставался и спустя полвека после Державина, таким его и показал Лермонтов в поэме «Казначейша», написанной в 1836 году:
Если сказать правду, то каменные будки в Тамбове, и «зданье лучшее», и большой каменный мост на астраханской дороге, и многие другие сооружения в городе были построены Державиным. Сам же он по приезде не застал в Тамбове ни прямых улиц, ни каменных домов, не говоря уже о мостовых и фонарном освещении. Город был сплошь деревянным и ветхим.
Державин выехал из Петербурга в феврале 1785 года после встречи со своим начальником — генерал-губернатором Тамбовского наместничества Гудовичем, от которого получил инструкции.
Наместник, генерал Иван Васильевич Гудович, — впоследствии граф, генерал-фельдмаршал, а в 1812 году главнокомандующий Москвы, — был человеком военным и к гражданским делам склонности не имел. Жил наместник в Рязани, охотился в свое удовольствие и службой занимался мало. Однако нити управления не терял и следил за тем, что делали губернаторы.
Гудович произвел на Державина при встрече очень хорошее впечатление. Ему понравились служебные бумаги, подписанные Гудовичем, «потому что везде ссылается на законы и их одних берет за основание: то чего же мне по моему нраву лучше?» — сообщал он одному из петрозаводских чиновников.
Но, приглядевшись поближе, Державин стал менять свое мнение о Гудовиче и, как у него водилось, громко заговорил о непорядках в управлении наместничеством. Это не могло понравиться генерал-губернатору. Державин стоял на своем и не стеснялся порицать ошибки начальника и его приближенных. Те, в свою очередь, выискивали промахи Державина, и взаимная вражда загорелась.
Вспыльчивый, бурный, неспособный к компромиссам в служебных вопросах Державин, конечно, был немало повинен в резкости этих столкновений с наместником и со всеми губернскими чиновниками. Однако главное заключалось не в характере Державина, как многие думали, а в том, что он работал необычайно добросовестно, не щадя своих сил, руководился прежде всего интересами дела и требовал того же от подчиненных, что не нравилось им, да не подходило и Гудовичу.