Приметив меня, она просияла. Улыбка была тёплой, но с оттенком чего-то более глубокого — словно ждала этой встречи больше, чем готова была признать.
— Доброе утро, Ямагути-кун, Тачибана-чан, — поприветствовала она нас, приняв какую-то напряжённо-расслабленную позу.
Юкино едва заметно кивнула, а я вздохнул, качнув головой.
— Исикава-чан. Утро казалось слишком тихим. Спасибо, что исправила.
— Ну конечно, — парировала она с лёгкой усмешкой. — Ты же всегда рад моей компании.
— Разумеется, рад. Ты же мой личный напоминатель о том, что день должен начинаться с драмы.
— Драма — моя специализация, — рассмеялась она, но вдруг прищурилась, её взгляд метнулся между мной и Юкино. — А вы что, теперь вместе ходите в школу?
Я почувствовал, как Юкино напряглась рядом.
— Ага, — спокойно ответил я, не выдавая ни тени замешательства. — Живём рядом.
— Рядом? — переспросила Мияко, вскинув изящную бровь. — Я не знала.
— Видимо, у тебя слишком много дел, чтобы замечать такие мелочи, Исикава-чан, — быстро отозвалась Юкино с едва заметной улыбкой, но я заметил, как она чуть сильнее сжала ремешок сумки.
— Вот как, — протянула Мияко, явно не совсем поверив, но решив не углубляться. — Ну, тогда всё понятно.
Она снова посмотрела на меня, взгляд смягчился, хотя голос сохранил привычную игривость:
— Кстати, Ямагути-кун, ты не пришёл на школьную дискотеку.
— Вечеринки — не моё, — ответил я, слегка пожав плечами. — Мерцающий свет, громкая музыка, толпа танцующих людей… Звучит как персональный апокалипсис для интроверта.
— Без тебя было как-то пусто, — сказала она почти шутливо, но в голосе проскользнула искренняя нотка разочарования.
— Неужели ты настолько нуждаешься в моей компании? — хмыкнул я.
Она рассмеялась, но глаза стали серьёзнее.
— Может, и нуждаюсь, — ответила она, а затем, уже мягче: — Тебе не кажется, что иногда стоит выходить из своей зоны комфорта?
— Постоянно это делаю. Например, каждое утро, когда решаю идти в школу.
Её смех прозвенел снова, лёгкий и мелодичный. А затем она вдруг тихо, так чтобы слышал только я, добавила:
— Твоё сердце… — начала она, опустив взгляд. — Оно ещё болит?
Вопрос застал меня врасплох. Но прежде чем я успел ответить, Мияко снова встретилась со мной глазами.
— Знаешь, есть один способ, — и произнесла с той загадочностью, которая всегда немного настораживала. — Бонсай. Медленный, тонкий процесс. Помогает залечить всё.
— Сомневаюсь, что деревья и люди работают одинаково, — ответил я.
— Ты удивишься, — сказала она тихо, но тут же вернула на лицо привычную улыбку. — Ладно, до встречи. И постарайся хотя бы раз явиться на мероприятие. Без тебя школьная жизнь скучнее. Увидимся!
И ушла также легко, как появилась, оставив после себя странное чувство, будто бы её слова были чем-то большим, чем просто разговором. Юкино взглянула на меня, но промолчала. А я лишь подумал: Мияко… ты точно что-то задумала.
Юкино переобулась у шкафчика, привычным движением закрыла дверцу и кивнула мне на прощание:
— Не задерживайся, Казума.
— Конечно-конечно, — проворчал я, наблюдая, как она удаляется в сторону лестницы.
Открыл свой шкафчик, ожидая увидеть привычную стопку писем, которые лениво складировал последние дни. Но внутри было пусто. Совершенно. На мгновение даже застыл в замешательстве, потом усмехнулся. Что ж, это случилось быстрее, чем я предполагал. Почтальонша сдалась. А ведь говорила: «Буду писать целый год». Вот и верь после этого анонимам.
С другой стороны, кому хватит терпения на такой марафон? Максимум неделя. Всё, что длиннее — уже сродни добровольному безумию.
Закрыв шкафчик, переобулся и направился в класс. По пути улавливал обрывки разговоров учеников. Парочка девчонок-первогодок как-то странно зыркнула в мою сторону, отчего плечи непроизвольно поёжились. И тут же принялись шептаться. Замечательно. Где ваша совесть⁈
Войдя в класс, сразу окунулся в привычный ритм утреннего школьного бардака: одни громко обсуждали домашнее задание, другие лихорадочно дописывали его в последние минуты, а кто-то просто мирно дремал на парте. Я прошёл к своему месту, стараясь не привлекать внимания, но, как обычно, не успел даже сесть, как раздался знакомый голос Азуми:
— Смотрите-ка, кто почтил нас своим присутствием! Наш мистер «важные дела»! — её тон, как всегда, балансировал на грани между шуткой и издёвкой.