— РВЁЁЁЁЁЁЁЁЁМ! — взревела команда с таким единодушием, которого от нас никто не ожидал, включая нас самих.
Мы рванули канат с такой силой, что тот сдвинулся ещё на полметра в нашу сторону. В этот момент у Карагиши кто-то потерял равновесие — один из их участников оступился и потянул за собой остальных.
Плюх
— Чёрт! — донеслось из их команды.
И тогда…
Свисток судьи разнёсся по залу.
— ПОБЕДА ШКОЛЫ СЕЙРИН! СЧЁТ 2−1!
На секунду зал замер, словно кто-то нажал кнопку паузы в фильме. А затем… раздался взрыв — крики радости, аплодисменты, топот ног и оглушающий шум трибун.
Я отпустил канат и выдохнул, чувствуя, как горят все мышцы. Мияко рухнула на пол, смахивая с лица прилипшие пряди волос.
— Мы… выиграли⁈ — прошептала она, глядя на меня глазами размером с блюдца.
— Да, — вытер я пот со лба. — Мы сделали это.
Ринтаро рухнул рядом, смеясь и тяжело дыша:
— Я не верю, что твой план сработал!
Я не ответил, пытаясь придти в себя и снова надеть маску хиккимори-задрота.
На трибунах размахивали самодельными флагами и плакатами с криво написанными словами вроде «Сейрин сила!» и «Мы не пальцем деланные!»
А я с трудом стоял на ногах. Руки горели, плечи сводило судорогой, но вместо усталости меня переполняло чувство… удовлетворения? Отдал всего себя тут.
— Казума-а-а! — раздался пронзительный визг, способный разбудить мёртвых, а затем я почувствовал, как кто-то хлопнул меня по плечу с силой бейсбольной биты.
— Спокойнее, Азуми, — прохрипел я, пытаясь удержать вертикальное положение и не впечататься лицом в пол.
Азуми прыгала передо мной, вся на взводе, с довольной ухмылкой до ушей. Рыжие волосы растрепались, а щёки горели от переживаний — явно болела за нашу команду так, словно сама тянула канат.
— Что это было, а⁈ — выпалила она, сверкая глазами как прожектор. — Ты что, тайно качаешься в своей берлоге по ночам⁈ Признавайся!
— Угу, конечно. Каждую ночь тяну канаты с медведями на заднем дворе.
Азуми захохотала и, видимо решив, что одного удара недостаточно, снова хлопнула меня по спине.
— Вот это я понимаю — тёмная лошадка! Молодец, Ямагути, даже я впечатлена!
— Неужели? — спросил я с иронией.
— Не слишком привыкай к моим комплиментам! — фыркнула она, но её довольная улыбка говорила об обратном.
Мияко вроде стала приходить в себя, вся растрёпанная и сгорбившаяся от усталости, но глаза горели победным огнём.
— Ямагути, — выдохнула она, всё ещё пытаясь восстановить нормальное дыхание, — я ненавижу твои гениальные планы.
— Но ведь они работают, — опустился я рядом, чтобы хоть немного передохнуть.
— Ну да, только я больше не чувствую рук, — пробормотала Мияко, утирая пот со лба. — Кажется, они теперь живут своей жизнью.
— Привыкай. Победа требует жертв.
Справа от меня раздался тяжёлый вздох, и Акане медленно опустилась на пол, позволив себе облокотиться о моё плечо. Её дыхание было тяжёлым, волосы прилипли к вискам, но в глазах всё ещё плыл её фирменный вызывающий огонь.
— Впечатляюще. Не знала, что ты умеешь воевать «грязно», Казума-кун, — она перевела взгляд на канат, который теперь лежал безвольно, как поверженный змей.
— Гибкость мышления, — ответил я, стараясь сохранять нейтральный тон. — Да и что оставалось делать. Сама видела, наши силы были не равны.
— И чтобы сразить их дисциплину ты выбрал хаос, — хмыкнула она, и её глаза блеснули каким-то загадочным огоньком.
Я посмотрел на неё и спокойно сказал:
— Хаос — тоже дисциплина. Просто в нём правила придумываются на ходу. — после чего отстранился от неё и поднялся. Не хочу, чтобы она прикасалась. Да и Рин может не так понять.
Акане усмехнулась и тоже поднялась, поправив чёлку.
— Всё такой же… — пробормотала она.
— Ага. — не стал я спорить. — Ты, кстати, тоже неплохо держалась.
— А ты сомневался? — ухмыльнулась она, но усталость всё же прорезалась в её голосе.
— Немного, — не удержался я от подколки.
Акане бросила на меня убийственный взгляд, но ничего не ответила, лишь фыркнула и отвернулась.
Ринтаро выглядел как огурец, который слишком долго пролежал на солнце, но на его лице сияла улыбка шириной с Токийский залив.
— Чуваки, мы сделали это… — выпалил он, попытавшись триумфально вскинуть руки вверх, но тут же скривился, поймав судорогу в плече. — Ай-ай-ай!
— Смотри, не сломайся, чемпион, — поддел его Акира, который до сих пор разминал пальцы.
— Давайте успокоимся, — подал голос Такеши, валявшийся на полу и глядящий в потолок. — Я вот скоро отдам Богу душу, а вы тут обсуждаете планы на жизнь.