Мы не можем целоваться при студентах.
И она не может сдавать экзамен, сидя у меня на коленях.
Кроме того, я не ограничивал ее в общении с другими студентами. Не ограничивал же?
– Что ж, приятно это слышать. Я бы не хотел, чтобы вы повторили печальную историю другого преподавателя, связавшегося со студенткой.
Я прикусываю язык, чтобы не сказать ему, куда он мог бы засунуть свой непрошенный и совет. Но ректор опережает меня, внезапно огорошивая фразой:
– Между прочим с одной из ваших студенток! Смирновой, кажется. Я вас уже предупреждал на сей счет.
Независимо от того, что я уже оступился и связался со Смирновой, я до сих пор не видел в этом ничего плохого и строил планы на будущее вместе с ней. Но черт побери, что они оба не договаривают?
И от кого я хочу узнать правду, от ректора или от самой Рины?
***
Вечером я дежурю на территории студгородка. Как не пытался отказаться от сомнительной чести, ректор категорически пресек.
Обошел общежития, напоминая, что никаких вечеринок и распития алкоголя в жилых комнатах недопустимо.
Обошел парк и всю прилегающую территорию. А потом пошел на звук долбящей музыки из студенческого кафе. Кажется там и проходит самая крутая туса.
Я сразу же замечаю Рину в компании рослых накачанных старшекурсников. Мои глаза привыкли находить ее в любой толпе. Я задерживаюсь, обдумывая слова ректора. Рина и я редко общаемся на территории колледжа. Это никак нельзя считать флиртом.
Если только кто-то не проболтался о паре частных встреч, которые мы провели в моем кабинете.
Или под лестничной клеткой.
Или случайно увидел нас в ту ночь, когда я вытащил ее из ночного клуба, а ее тело прильнуло к моему, и губы прижались к моей шее.
Блядь. Мы несколько вольно относились к соблюдению правил.
И все же я здесь, стою перед группой студентов, смотрю на Рину и тащусь от взгляда ее сияющих глаза. Она смотрит на меня так, словно я зажег на небе звезды и повесил луну.
– О! Андрей Львович! Вы приняли приглашение! Ура! Девочки, он пришел!
Я слышу хихиканье и возгласы где-то сбоку, но не могу даже оглянуться, я только что замечаю, что моя великолепная девушка в каком-то скандально-крохотном и прозрачном топике.
– Екатерина, – киваю ей и хмурюсь, пытаясь разглядеть низ, но потом замечаю подбегающую к ней Тасю. Снова тепло улыбаюсь, теперь Тасе, и произношу: – Анастасия.
Подруга тут же вежливо кивает и не может сдержать нервный смешок, который слетает с ее губ при взгляде на меня.
– Вы уже пришли за Катей? Не оставите ее с нами еще на немножко? Она пропустила все вечеринки из-за вас!
Пусть из-за музыки в кафе шумно, но черт побери, Тася орет на все кафе! А ведь она знает про наши с Риной отношения. Как я вообще позволил Рине делиться такой информацией с соседкой по общежитию? Черт!
– На самом деле, я действительно выкраиваю Екатерине много дополнительных занятий, – строго произношу я, пытаясь, чтобы меня услышали все в этом переполненном кафе. – Я сейчас как раз заканчиваю дежурство, – строго произношу я. – И могу вернуться к твоей работе, Смирнова. Можем пойти в мою квартиру и просмотреть. Если конечно хочешь улучшить свою оценку.
Я поднимаю бровь, прежде чем посмотреть на Тасю, которая смотрит на нас с дьявольской ухмылкой.
– Вали, Катька. Такой шанс исправить оценку нельзя упускать!
Я слегка хмурюсь в ответ на ее слова.
Все, что я сейчас хочу, проводить Рину к своей машине. Это скорее всего не лучшая идея, но мне важно сегодня вечером завладеть моей девушкой и провести ночь внутри нее, как я и планировал на эту ночь.
Рина должна остаться и повеселиться со своими друзьями. А я, тридцатилетний преподаватель колледжа, не должен встречаться со студентами. Мы вообще находимся с ней на совершенно разных этапах жизни.
Я пытаюсь игнорировать назойливые мысли. Мы выезжаем с территории колледжа, едем по тихим ночным улицам города. Свет фонарей мелькает в темноте машины. Я смотрю вниз, на ее кожаные штаны. Они к счастью плотные и непрозрачные.
– Ты приехал специально за мной?
Ее рука касается моего бедра, всего на секунду, а мое сердце замирает в груди, гадая, собирается ли она поднять руку выше по бедру.
– Не совсем. Я сегодня дежурю по колледжу, – говорю я ей. Я все еще злюсь на собственный прокол, но пытаюсь выглядеть как можно более серьезным.
– Ты уверен, что это хорошая идея, вытащить меня с вечеринки при таком количестве свидетелей?
– Черт! Это самая плохая идея, Рина. Но какого хера ты надела на себя этот прозрачный топик?! Я не мог оставить тебя на съедение старшекурсникам. – Широкая улыбка появляется на ее губах, и я почти забываю, что у меня есть еще куча вопросов о ее прошлом. – Они уже закапали тебя своими голодными слюнями. Ты не заметила?