Я нахожу несколько волосков, которые выросли внутри этой сексуальной взлетно-посадочной полосы, по которой я запускаю себя в космос.
– Хочу лизать твою киску, пока ты не закричишь, – хрипло признаюсь я.
Я осторожно дергаю прядь ее лобковых волос.
– Ты чертовски сексуальна.
Я понятия не имел, как сильно меня может это возбудить, пока не появился она. Я осторожно провожу лезвием по каждой складке и по вершине холмика, прежде чем отложить бритву на полку душа. Руками обхватываю ее тонкую талию, крепко сжимаю задницу и пронзаю ее отверстие своим языком.
– Боже! – кричит Рина, когда я провожу языком по клитору. Я поднимаю глаза и вижу, как ее голова откинута на плитку, глаза плотно закрыты. – О Боже, Андрей!
Она двигает бедрами в такт моему рту, давая мне понять, что сама уже близко. По ее коже бегают мурашки, и я чувствую спиной, как нога сгибается и подстегивает меня пяткой.
Ее плоть дрожит на моем языке, прежде чем сжаться. Я знаю, что сейчас ее накроет оргазм.
Она выкрикивает мое имя, приплетая сюда Бога, или, может это меня она называла Богом. Но когда она заканчивает, то заставляет меня встать.
– Андрей.
Рина обхватывает мой член и несколько раз накачивает его требовательным движением
– Ты же хочешь меня? – и мой член дергается, отвечая ей вместо меня.
Я ничего не хочу сейчас так сильно, как трахнуть ее. А потом еще раз. И еще.
Я возвышаюсь над ней, а член упирается в область чуть выше пупка. Рина наклоняется, чтобы поцеловать головку.
– Давай вытремся и пойдем в постель.
Она выключает воду, и на мгновение я завороженно смотрю, как капли воды продолжают стекать по ее сладкому и теперь, благодаря мне, гладкому телу. Все, что я хочу сделать, это поймать каждую своим языком.
Рина выходит из душа, оборачиваясь полотенцем вокруг тела и головы, и выбегает из ванной в спальню. Оттуда приносит мне полотенце, и на секунду мы стоим в тишине. Мы оба вытираемся, как будто всегда делали это вместе.
Я зачарованно наблюдаю, как она втирает крем в кожу. Запах наполняет крошечное пространство ванной и вызывает у меня головокружение. Это слишком. Ее аромат в сочетании с этим кремом для меня настоящий афродизиак, который я не могу игнорировать.
– Рина? – Мой голос дрожит, когда я смотрю, как она втирает крем в упругую грудь. Я встаю и заключаю ее обнаженное тело в свои объятия, прежде чем вынести из ванной. Мои губы накрывают ее, наши языки переплетаются. Она ногами обвивают мою талию, и в этот момент я чувствую, как вокруг сплетаются невидимые нити, заключая в один прочный кокон.
Один на двоих!.
– Я хочу заняться с тобой любовью.
***
Утром меня снова хочет видеть ректор.
Черт! Неужели кто-то уже доложил ему, что я снял… то есть увел одну студентку с вечеринки под предлогом проверки домашней работы? Если до этого в курсе была только соседка Рины по общежитию, то теперь я облажался перед огромной толпой студентов.
– Садитесь, Андрей.
Он подталкивает меня к длинному столу, закрывая дверь своего кабинета. Воздух густой и напряженный, и я изо всех сил стараюсь сохранять хладнокровие, но у меня припасено несколько аргументов в свою защиту, если ректор снова накинется с обвинениями. Теперь я готов действовать жестко, от оправданий до открытого нападения.
Если будет нужно, я женюсь на Рине, не дожидаясь даже конца сессии. Ну а кто мне запретит встречаться в колледже с собственной женой, и потрахивать ее после лекций?
– О чем будет разговор?
Ректор садится напротив меня, игнорируя свое место во главе. Между нами только полированный стол из красного дерева и гора бумаг, которые нужно было подписать и утвердить еще месяц назад.
– Помните, у нас заходил разговор про одну вашу студентку, Екатерину Смирнову?
Я киваю. Конечно помню. Я все разговоры про нее помню.
– И я не смог вспомнить подробностей скандала двухгодичной давности, – продолжает ректор.
Я морщусь. Тогда мне было интересно, что такого могла натворить студентка Смирнова, но сейчас, после ночи любви с ней, я хотел бы услышать исповедь лично от нее. И конечно отпустить все грехи.
Чтобы она не натворила раньше, сейчас ничто не опустит ее в моих глазах.
– Это не имеет значения, – уверенно говорю я. – Она просто одна из студенток. Ничего больше.
Ректор откидывается на спинку стула и смотрит на меня, сцепив пальцы под подбородком.
– Андрей, я давно занимаюсь преподаванием. Почти тридцать лет. И если бы не умел читать людей и угадывать их поступки, я никогда не стал бы ректором. Ты не сможешь заморочить мне голову.
Внутренне я напрягся, но постарался внешне не выдать свое состояние.