А может от того и другого?
Я сжимаю ее тело до последнего оргазма, последней дрожи. Рина вздыхает, чувствуя себя довольной и наконец-то полностью оттраханой.
Теперь я начинаю двигаться быстрее, и мои удары резкие. С каждым выпадом я получаю разряд тока по всему телу. Я выскальзываю как раз за миг до оргазма. Рина крепче обхватывает меня ногами.
– Кончи на меня, – умоляет она.
– Черт! – рычу я перед тем, как вырваться из ее хватки и кончить ей на плоский живот и чистенький лобок.
– Черт, – повторяю я. – Это самая пикантная картинка, когда ты лежишь на своей кровати под слоем… моей спермы.
Я провожу рукой по ее животу, втирать ей в кожу мое семя.
– Не злись на меня, что я такой эгоист. Но я хочу, чтобы ты была помечена. Мной. Ты только моя.
– Правда? – шепчет она, прижимаясь ко мне.
После мы долго молчим, пока дыхание приходит в норму. Мы лежим бок о бок, наши пальцы переплетены, но мы не спим. Впереди нас ждет долгий разговор.
– Почему ты вернулся? – спрашивает она. – Я до последнего ждала тебя. Не хотела верить, что это конец.
– Прости меня. Я с самого начала должен был проверить информацию, или вначале дать объяснить все тебе. Я дурак. Потерял месяц жизни и чуть не потерял тебя.
– Андрей, я ушла из колледжа. Если ты беспокоился, что наша связь тебе навредит…
– Нет, Рина, – Я обхватываю ее лицо и вытираю слезы на глазах. – Я уволился из колледжа. Твоя учеба никак нам не навредит.
– Ч-что? – она удивленно смотрит на меня.
– Я закончил семестр и сдал все дела.
– Подожди… ты бросил… из-за меня?
– Я не могу придумать лучшей причины.
– Чем ты теперь займешься? Где будешь работать?
– Где бы я ни работал, это будет рядом с тобой. Я не могу оставить тебя, Рина.
– Здесь? – охает она. – В нашем городе?
– Нет, – смеюсь я. – У меня на тебя другие планы.
– Но… мы сможем быть вместе?
– Надеюсь, навсегда, – шепчу я ей в губы, и она задыхается, открывая мне доступ к своему рту. Мой язык устремляется в поисках ее, и она встречает его с такой же настойчивостью, нуждаясь во мне так же отчаянно, как и я в ней.
– Андрей…– шепчет она, когда я беру ее на руки и прижимаю к себе.
– Я так сильно тебя люблю. Обещай мне, что мы больше никогда не расстанемся, – умоляет она.
– Никогда. Эти несколько недель были очень тяжелыми. Я скучал по тебе каждый день, Рина.
– Тогда почему не приехал раньше?
Я рассказал ей, что поехал в тот город, в котором она поступала в институт. Нашел следователя и, пользуясь связями, получил доступ к делу.
Я умолчал и не стал ей рассказывать, с каким ужасом я читал подробности истязания над ней. Сначала я просто ознакомился с протоколами медицинского осмотра, когда она поступила в больницу, и только потом нашел показания того мудака, который заслуженно отбывал срок.
Рина не перебивала меня, но из ее глаз опять стали капать слезы.
– Тебе не надо было всего этого делать, – тихо произносит она. – Я бы и сама все рассказала…
Я понимаю, что ей тяжело, но эта исповедь должна была состояться. Мы одеваемся и выходим на кухню. Она греет чайник и заваривает нам чай. Салимс друг напротив друга, я беру ее руки в свои. Они ледяные, словно из каждого пальчика ушла жизнь.
– Он обаял меня. Был такой умный, обходительный, а я всего лишь глупая студентка, недавняя школьница. Распустила уши, поверила в его неземную любовь… Наверное, пару месяцев я была в эйфории. Верила, что встретила свою любовь.
Рина вздрогнула, а я придвинулся к ней, чтобы обнять.
– Потом он стал груб. Преследовал меня, когда я отказалась встречаться. Стал распускать обо мне нехорошие слухи. Что я шлюха, что даю ему за оценки… Противно. Он хотел завалить меня на экзамене, но я не позволила. Я хорошо подготовилась. И тогда он сорвался. Сказал, что меня ждет сюрприз. И что такое со мной будет постоянно, если я не признаю его хозяином.
– Что?..
От ее рассказа волосы шевелились. Оказывается история в досье была пустым набором сухих фактов. Реальность поражала жестокостью.
– В общаге меня схватили парни и поволокли в комнату, где они выпивали. А там объявили, что пустят меня по кругу для прописки.
– Подонки! Я найду каждого и посажу их с тем мудаком!
– Нет… Не надо. Ничего не было. Хотя я напугалась, когда меня раздели и стали лапать. Было ужасно. Стыдно. Грязно. Я рыдала и просила меня отпустить.
– А потом пришел он?
– Д-да… Сказал, что спасет меня от них. В тот момент от страха я ничего не соображала. Я была рада, что кто-то пришел, и забрал меня оттуда. Я пошла с ним.