— Не за что, — она чокается со кружкой кофе. — И доедай быстрее, а то растает! Потом ещё в книжный заглянем? Говорят, там новые альбомы по графике завезли…
Я смеюсь. Мамино «лечение» продолжается. И знаете что? Оно работает. Пусть Денис Корсаков пока думает, что я чокнутая. Сейчас у меня есть мороженое, мама и целый мир магазинов, которые не знают о моём позоре. И это — неплохо. Совсем неплохо!
Глава 12. Парень на льду
Мы уже полчаса сидим в кафе, мама рассказывает смешную историю про заказчика из галереи, а я доедаю последние крошки вафли, думая, что лучшего лекарства от стыда действительно не придумаешь. Как вдруг у мамы в сумочке начинает заливаться мелодичный, но настойчивый звонок. Эта мелодия у неё стоит только на работу…
— Ой, — вздыхает она, доставая телефон. — Прости, котик, я быстро…
Она подносит трубку к уху.
— Алло? Да, Давид Леонидович, я слушаю…
Я вижу, как её расслабленное, весёлое выражение лица постепенно сменяется деловой сосредоточенностью, а потом и лёгкой озабоченностью.
— Сейчас? Но я… — она бросает на меня быстрый виноватый взгляд. — Поняла. Нет-нет, я понимаю. Экстренно. Да, конечно… Через полчаса буду. Договорились.
Она кладет телефон на стол и тяжело вздыхает, смотря на меня с таким сожалением, что я понимаю — не долго взрослые могут притворяться бунтарями!
— Прости, котик, — говорит она, виновато морща нос. — Работа. Экстренное совещание по поводу этой злополучной типографии и каталогов. Они опять что-то напутали, и мы можем не успеть к выставке. Меня срочно вызывают, так что придётся вновь стать законопослушной рабочей лошадкой…
— Недолго длился наш девчачий выходной, — фыркаю я и закатываю глаза. — Ладно уж, Марина Сергеевна, иди, раз тебе надо. Мы же всё равно успели скупить пол торгового центра и объесться мороженым!
— Успели, — мама улыбается, но видно, что ей правда жаль. — Давай я тебя подброшу до дома? Быстренько!
Я качаю головой.
— Не надо, мам. Я ещё немножко погуляю тут. Воздухом подышу. А то дома опять в учебе увязну. Дойду сама, не маленькая, это же недалеко, пешком.
Мама смотрит на меня с сомнением, но потом всё же копается в телефоне.
— Ладно. Только смотри! — она делает пару касаний по экрану. — Готово. Перевела тебе немного денег. Купи себе ещё что-нибудь приятное. Или просто посиди где-нибудь с чаем. Ни в коем случае не вешай нос, поняла? Весь этот школьный переполох — ерунда. Главное — ты у меня умница и талантливая художница!
— Не переживай, — улыбаюсь я, вставая и помогая ей собрать пакеты. — Со мной всё будет хорошо. Правда. Беги, а то опоздаешь!
— Спасибо, родная, — она крепко обнимает меня одной рукой, зажав пакеты в другой, и чмокает в щёку. — Вечером дома поговорим!
— Обязательно, — киваю я, провожая её взглядом, пока она не скрывается в толпе у эскалатора.
И вот я снова одна посреди шумного «Мегаполиса». Энергия, подаренная мамой и шоппингом, ещё пока бурлит в крови, хотя активности уже не хочется. Так что я просто медленно бреду по этажам, не задерживаясь у витрин. Без маминого азарта шоппинг меня особо никогда не привлекал. Намного интереснее для меня смотреть по сторонам и замечать изменения, которые каждый раз происходят, когда долго не посещаешь знакомые места.
Спускаюсь на первый этаж и решаю пройти в дальний угол, где недавно должны были закончить ремонт: раньше там была какая-то скучная мебельная секция, но её снесли и на полгода всё отгородили. Заворачиваю за угол и… замираю.
Там, где раньше был серый бетон и строительные ограждения, теперь сияет огнями огромный каток! Настоящий, хоть и не такой большой, как тот, в котором мы были недавно с девчонками. Под куполом атриума сверкает гладкий лёд, по которому скользят десятки людей: кто уверенно, кто пошатываясь, кто держась за бортик. Весёлая, ритмичная музыка льётся из динамиков, смешиваясь со смехом и скрипом коньков по льду. И повсюду — гирлянды! Пусть до Нового года ещё далеко, но торговый центр уже вовсю готовится: сияющие снежинки свисают с потолка, а у катка стоят огромные коробки с ещё нераспакованными украшениями — наверняка, снеговиками или оленями. От всего этого веет предвкушением праздника, несмотря на ноябрь за окном.
Я подхожу ближе и прислоняюсь к прозрачному бортику. Никогда не умела кататься. Да и не тянуло особо. А сейчас… почему-то засмотрелась. Наблюдаю, как люди режут дуги, смешно балансируют, падают и поднимаются. Улыбаюсь и почему-то расслабляюсь. Лёд, музыка и огоньки — хорошее сочетание после шума магазинов.
Мой взгляд скользит по фигурам на льду и вдруг… цепляется за одного парня. Он выделяется. Не ростом — он довольно средний. А лёгкостью, уверенностью движений. Он не просто катается — он почти летает на льду, словно без усилий… Плавные развороты, резкие остановки с брызгами инея, какое-то сложное движение спиной вперёд… Смотрится потрясающе! В тёмно-синем свитере и обычных джинсах, без всякой профессиональной амуниции, но сразу видно — этот человек на льду как рыба в воде. Я завороженно слежу за ним, забыв на секунду обо всем на свете. Как же это красиво…