— Спокойно, Орехова, — флегматично отвечает Алина, не отрывая глаз от льда. Её взгляд прикован к высокому, стремительному капитану «Чёрных Воронов», который как раз завершает атаку эффектным, но заблокированным Денисом броском. — Их капитан — силач. Агрессивный, напористый. Но пас отдал чисто. Очень техничная команда.
— Техничная?! — Наташа фыркает, как разъярённый ёжик. — Да он просто здоровый, как шкаф! И ездит, сметая всё на пути! Видела, как он твоего Артёмку к бортику приложил перед перерывом? Как мешок картошки!
Я с интересом смотрю на Алину. Та отводит взгляд, поправляя идеальную прядь волос.
— Моего Артёмку? — произносит она с ледяным спокойствием, но я ловлю едва заметный румянец на её обычно безупречно бледных скулах. — Ты бредишь, Орехова. А «мой Артёмка» и без меня справится — если ты не заметила, то раздавить его не получилось.
— Ооооой, — протягиваю я, подмигивая. — Кто-то защищает честь капитана! Рассказывай, что там у вас было после того …вечера?
— Ничего не было, — парирует Алина, правда, слишком быстро. — И не будет. Он самоуверенный хвастун, — но в уголках её губ играет едва уловимая улыбка.
На льду напряжение нарастает с каждой секундой. Счёт 1:1. До конца первого периода — совсем немного, но игра ещё идёт! Вот-вот подадут сигнал на перерыв. Наташа, не отрывая глаз от поля, продолжает комментировать происходящее:
— Вот видишь, видишь? Защита у них дрогнула! Их центральный еле ноги волочит! Денис его сейчас… Ой! Почти! Смотри, их капитан снова пошёл в прорыв!
Лёд звенит. Чёрный капитан несётся к нашим воротам, отбрасывая попытку Макса его задержать лёгким, но мощным движением плеча. Денис скользит ему наперерез, идеально вычислив траекторию. Клюшки скрещиваются у самой синей линии. Шайба отскакивает… прямо на клюшку другому чёрному нападающему! Тот бросает!
— О-о-о! — стонут трибуны.
Наш вратарь Пашка делает фантастический сейв, отбивая шайбу щитком! Она отлетает к борту. Таймер показывает: 2 секунды до сирены!
— У-у-х! Выручил! — выдыхает Наташа, хлопая себя по груди.
— Фух! — присоединяюсь я, чувствуя, как сердце колотится. — Пашка — огонь!
— Но играют чёрные сильно, — констатирует Наташа, следя, как их капитан, недовольный промахом, разворачивается к своей скамейке. — Капитан… просто монстр энергии.
— А мне понравилось, как их левое звено работает, — качает головой Алина. — Быстрые, синхронные. Особенно вот тот, низенький, юркий. Как мышь бегает.
— Мышь? — хохочет Наташа. — Да он у меня один на один не выстоит! Я б его как щенка отшвырнула!
Мы смеёмся и уже мысленно готовимся к перерыву. Я начинаю прикидывать, как быстрее добежать до Дениса, чтобы просто крикнуть: «Молодец!» и не мешать. Наташа тоже отвлеклась и копается в рюкзаке, доставая бутылку воды.
— Ладно, — говорю я, отрывая взгляд от льда всего на секунду, чтобы посмотреть на подруг. — Через минуту — к буфету или…
Слова обрываются тогда, когда мои глаза автоматически возвращаются на лёд, на последние доли секунды игры.
Денис снова ловит шайбу у наших ворот после сейва Пашки. Стартует в атаку. Он ведёт её быстро, резко, но… что-то не так. Его движения кажутся чуть… неуверенными? Или это мне кажется? Он мельком глянул вниз, на свои коньки. Новые, блестящие. Он так ими гордился.
Он несётся вперёд, но его лицо под шлемом напряжено сильнее обычного.
Внезапно, на вираже, когда он пытается резко уйти от здоровенного защитника чёрных, Денис спотыкается! Шайба откатывается чуть в сторону. А он падает на бок под мой истошный визг, неуклюже скользя по льду прямо на пути у Танка.
Танк пытается перепрыгнуть упавшего Дениса или увернуться — не поймёшь. Они сталкиваются! Денис кувыркается. И в этот момент их капитан, летящий на полной скорости следом, не успевает остановиться! Он врезается в своего же Танка, который падает, и оба… падают на Дениса, лежащего на льду! К ним летит Макс, пытаясь кого-то оттащить… Ноги, коньки, тела — всё смешивается в страшной куче. Под громогласный рёв с трибун, я вскакиваю, пытаясь разглядеть, что происходит.
Парни один за другим начинают отделяться от этой груды, и чем больше становится мне видно, тем сильнее наполняет душу ужас.
Кровь… Там повсюду кровь… Чья это кровь?!
Сирена орёт, но её вой кажется далёким, приглушённым. Весь шум трибун проваливается в какую-то звенящую пустоту. Я вижу только неподвижное тело моего Дениса на слишком белом, слишком холодном льду. Его ногу, торчащую под ужасным углом. И кровь…
Рядом со мной Наташа что-то кричит, Алина вцепилась в мою руку, но я не смотрю на них. Я не дышу…