— Я непременно приду, — поспешила ответить Сильви.
— Поскольку вы понравились всем на фотографии, будущее зависит только от вас. Увидите, я предоставлю вам богатый выбор, уверенно произнесла мадам де Терно.
Ровно в семь вечера и ни секундой позже Сильви сидела в гостиной мадам де Терно, которая, в свою очередь, не теряя даром времени, показывала ей одну за другой фотографии очень разных мужчин, сопровождая каждую коротким комментарием. Действительно, девушке было из кого выбирать!
— Этот, — начала посредница, показывая первую фотографию, — может быть, не совсем то, что вы ищете, но могу вас заверить, он — очень серьезный человек.
— А откуда вы это знаете? — недоверчиво спросила Сильви.
— От двух или трех клиенток, которых я ему представила до вас, — откровенно ответила дама.
— Выходит, он регулярно пользуется вашими услугами? — удивилась Сильви.
— Да, он сохраняет верность фирме. Могу даже сказать, что он — мой постоянный клиент. Он приходит ко мне в первых числах каждого месяца, — с гордостью произнесла посредница.
— То есть после получки? — хихикнула Сильви.
— О нет! Он постоянно при деньгах! Никто из клиенток не жаловался на него по этому поводу, а одна даже призналась, что его щедрость превзошла все ее ожидания. — Мадам де Терно с упреком взглянула на Сильви.
— Ну а насчет всего остального они что-нибудь вам сообщили? — спросила девушка.
— Судя по их общему отзыву, это то, что называют «выгодным знакомством», — ответила дама.
— Я же нахожу его ужасным в этом пенсне! — Сильви поморщилась.
— Он работает бухгалтером-ревизором, — уточнила посредница.
— Оно и видно! Давайте перейдем к другим фотографиям! — предложила Сильви.
Жестом иллюзиониста, собирающегося изумить зрителей, мадам де Терно выложила на стол еще одну фотографию. Этот «кандидат» не носил ни пенсне, ни других очков, и единственным украшением на его лице была искусно подстриженная борода, призванная, вне всякого сомнения, придать ее обладателю хотя бы внешнюю индивидуальность.
— Терпеть не могу бородатых мужчин, особенно таких молодых, как этот, — заявила Сильви. По моему мнению, бороду могут носить лишь пожилые мужчины, а они не для меня!
— Ну зачем же так нервничать, — умиротворяюще произнесла мадам де Терно. — Я же говорила, что могу предложить вам богатый выбор. Вы, наверное, догадываетесь, что я умышленно начала с наименее привлекательных кандидатов. Вы принадлежите к миру моды и не можете не знать, что кутюрье выстраивают демонстрацию моделей таким образом, чтобы изумление публики постоянно нарастало! Вот вам еще один кандидат. Что вы о нем скажете?
Третий вариант был значительно лучше двух предыдущих. С фотографии на Сильви смотрел мужчина лет сорока, с открытым лицом и, по-видимому, заботящийся о своей внешности.
— Недурен, — просто ответила Сильви.
— Тогда отложим его в резерв. А теперь вот этот. — Мадам де Терно достала следующий снимок.
На четвертой фотографии был изображен жгучий брюнет лет тридцати пяти с красивыми глазами.
— Этот тоже недурен, — тем же тоном ответила Сильви.
— Он — испанец, — коротко прокомментировала посредница.
— Испанец?! Это интересно, — улыбнулась Сильви.
— Тогда его тоже в резерв!
Один за другим перед Сильви прошла целая вереница мужчин, которых, по выражению мадам де Терно, «пленила» необычайная фотогеничность Сильви. Кого там только не было — брюнеты и блондины, с проседью и с «посеребренными висками», довольно молодые и совсем немолодые, но и не слишком старые. Возраст кандидатов колебался от тридцати пяти до пятидесяти лет — идеальный выбор для девушки, переступившей рубеж Святой Екатерины и желающей во что бы то ни стало найти «порядочного мужчину».
Просмотрев несколько раз кряду драгоценную коллекцию, Сильви после долгих колебаний остановила наконец свой выбор на троих, поставив на первое место испанца, на второе — сорокалетнего мужчину с «ухоженной внешностью» и на третье — чернокожего красавца мартиниканца. Она выбрала испанца для того, чтобы стереть из памяти воспоминание о лжеиспанце Доминго. Сорокалетний ухоженный мужчина ей был нужен, чтобы навсегда забыть о ее первом партнере. Наконец, с чернокожим мартиниканцем ей представлялась возможность отправиться в увлекательное путешествие, не выходя из спальни. В голове у Сильви сложился план действий, которым она, разумеется, и не подумала поделиться с мадам де Терно. Если все сложится хорошо с первым, размышляла Сильви, то есть если он даст ей наконец то, чего она не смогла добиться в своих предыдущих попытках, она продолжит с ним связь. Если же она опять не получит желаемого, то придется возобновить попытку со вторым, потом, возможно, с третьим и так далее, поскольку у нее был «богатый выбор». В конце концов может статься, что последние в списке — мужчина в пенсне и бородач, которых она поначалу отвергла, — и откроют ей то, что она так жаждала познать.
Первая встреча была назначена на следующий же день, на половину седьмого вечера, в той же гостиной.
— Это — самое подходящее время, ведь он, так же как и вы, работает, — сказала мадам де Терно.
— А в чем состоит его работа? — поинтересовалась Сильви.
— Минутку, я справлюсь по картотеке. Посмотрим… Вот, нашла! — воскликнула мадам де Терно. — У него хорошая специальность — он работает официантом в кафе.
— По-вашему, это — хорошая специальность? — спросила Сильви.
— Прекрасная! Вы же знаете, чаевые…
— А он подлинный испанец? — Сильви пристально вглядывалась в фотографию незнакомца.
— Подлиннее не бывает! Он — не просто испанец, он андалузец. Родился в Севилье, тридцать шесть лет… Что тут сказать? Мечта! — вздохнула мадам де Терно. — Его зовут Мигель. Мигель и Сильви… Я нахожу, что ваши имена подходят друг к другу.
— Скажите мне лучше его фамилию, — прервала ее томные вздохи Сильви.
— А вот этого я сделать не могу. Я обязана утаить от вас его фамилию, так же как утаила от него вашу. Это — обязательное условие фирмы, гарантирующей конфиденциальность. Кроме того, так лучше для пар, которые, познакомившись, не понравились друг другу. Если они найдут общий язык, то сами сообщат друг другу необходимые сведения.
— Как пройдет наша первая встреча? — спросила Сильви.
— В самой непринужденной обстановке. — Мадам де Терно улыбнулась. — Я вас познакомлю и тут же удаляюсь, предоставив вам достаточно времени для первой беседы. Если взаимная реакция окажется положительной, вы можете вместе покинуть мою гостиную, предварительно заглянув по очереди в мой кабинет, который находится рядом, чтобы выполнить последнюю формальность. До завтра, мадемуазель Сильви! Не беспокойтесь, все пройдет наилучшим образом!
— Я могу забрать свои фотографии? — поинтересовалась Сильви.
— Да, пожалуйста, вот они все. — Посредница достала из ящика стола пачку снимков. — Я хотела бы оставить у себя несколько, чтобы приложить к вашей карточке в картотеке, на случай, если вам снова понадобятся мои услуги. Как знать, всякое бывает…
— Вы правы. Возьмите любые, какие вам понравятся, — предложила девушка.
— Я выбираю эти две: одна — вполуоборот, другая — в профиль, — прокомментировала мадам де Терно, откладывая в сторону фотографии. — Вы даже не представляете, насколько выигрышно выглядите в профиль! Кстати, мужчины обращают особое внимание на женский профиль.
Вернувшись домой, Сильви провела остаток вечера перед зеркалом в ванной комнате. Она не просто рассматривала себя, а, выстроив в ряд на окрашенной под мрамор полочке над умывальником пять разных фотографий — левый профиль, правый профиль, полуоборот слева, полуоборот справа и, вопреки высказанному мадам де Терно мнению, анфас, — принялась поворачивать то в одну, то в другую сторону голову, с тем чтобы с точностью воспроизвести позы, запечатленные волшебным объективом Дэдэ. Перед завтрашней встречей она непременно хотела «подогнать» реальную Сильви под образ, созданный на фотографии. Было бы ужасно, думала она, если прекрасный андалузец Мигель оказался разочарованным, увидев оригинал! Если кто и будет завтра иметь право на разочарование, так это она, неотразимая Сильви! Потому что это не имеет никакого значения. Она откажется от испанца в пользу следующего кандидата — ухоженного сорокалетнего мужчины. Ведь у Сильви было верное средство воздействия на мадам де Терно — отказ уплатить пятьдесят франков, которые служили подтверждением полного удовлетворения клиента. Что до забракованного испанца, то он мог идти ко всем чертям или же утешиться с любой другой клиенткой фирмы!