Он медленно отпустил ручку двери, шагнул к ней и, не скрывая усталости, провёл ладонью по её щеке.
— Мне не нравятся последние события, и ты это знаешь, — тихо сказал он. — Ты слишком ценна, чтобы я позволил себе расслабиться.
Элла подняла взгляд — открытый, немного упрямый, но тёплый.
— Но ведь я здесь… с вами. Со мной всё в порядке.
Леон быстро, почти нервно посмотрел на неё, будто проверяя, действительно ли она говорит правду.
— Ты говоришь так, будто всё закончилось, — пробормотал он. — А мне кажется, что всё только начинается.
Мануэль, стоявший у стола, тяжело выдохнул — устало, будто много лет нес на себе груз, который наконец-то раскололся.
— Леон прав, — сказал он, оборачиваясь. — Сегодняшняя ситуация… не случайность. Они хотели тебя забрать.
Она почувствовала, как по спине пробежал холодок.
— Значит… кто-то следил?
Мануэль кивнул.
— И близко. Нам повезло, что наши люди оказались рядом.
Леон коснулся её подбородка, заставляя посмотреть на него.
— Поэтому я сказал: ни одного шага без меня. Мы не можем рисковать.
Элла сглотнула. В его глазах не было угрозы — только стальная решимость и что-то личное, слишком личное, чтобы он озвучил это вслух.
— Хорошо… — прошептала она. — Но мне правда нужно немного отдохнуть. Голова раскалывается.
Леон будто смягчился — но лишь чуть-чуть.
— Я останусь у двери, — сказал он. — Не спорь. Мне так спокойнее.
— Леон… — Элла прикусила губу. — Если ты будешь стоять над душой, я не усну.
Он на секунду задумался, затем медленно подошёл к креслу у окна и сел, опираясь на локти.
— Тогда я буду здесь. И не шуметь.
— Это уже лучше, — пробормотала Элла и наконец позволила себе выдохнуть.
Мануэль положил ей на кровать плед и улыбнулся уголком губ:
— Спи. Завтра нам всем понадобится ясная голова.
Когда дверь за дядей мягко закрылась, в комнате наступила тишина.
Леон смотрел на неё пристально — но уже не так тревожно. Скорее… нежно, почти охраняя даже её дыхание.
Элла легла, чувствуя, как усталость наконец накрывает плотной волной.
Перед тем как закрыть глаза, она услышала его тихий, почти неуловимый голос:
— Я рядом. Можешь спать спокойно.
И почему-то впервые за долгое время она действительно почувствовала, что может.
—20—
От лица Эллы
Проснулась я от того, что кто-то нагло устроился у меня на груди и драл лапами одеяло.
Нет, ну вот прям нагло. С тем самым выражением морды «мне плевать, что ты тут спишь, у меня свои кошачьи дела».
— Мила?.. — прошептала я осипшим голосом, приподнимаясь на локтях.
Моя пушистая наглость действительно сидела прямо на мне, хвостом уверенно шлёпая по одеялу, словно проверяла его на крепкость. Я даже моргнуть не успела, как она, завидев, что я полностью очнулась, переместилась мне на колени и громко замурчала.
— Подожди… — я огляделась. — Как ты вообще здесь оказалась?
Комната была чужая, слишком просторная, слишком тихая, слишком… «леоновская», если можно так выразиться: идеальный порядок, строгие линии, ни одной милой детали, как будто уют тут попросту запрещён законом.
А посреди этого идеального музея — Мила.
Моя Мила.
Та, которую я вчера в панике бросила в квартире, когда меня похищали.
Рядом с кроватью стояла миска с водой и — ладно, это уже издевательство — её любимый корм. Тот самый, дорогой, который я покупала только когда не была ни уставшей, ни злой, ни голодной.
— Так… стоп. — Я нахмурилась. — Леон. Ты серьёзно притащил мою кошку?
Ответа, естественно, не последовало. Только Мила ткнулась носом мне в ладонь, как будто говорила: «Какая разница, кто, главное — привёз».
Я выдохнула и опустилась обратно на подушки.
Тело ныло после всего вчерашнего, но внутри было странное облегчение.
Как будто присутствие Милы возвращало мне кусок нормальной жизни, которой меня так внезапно лишили.
— Ну хоть ты со мной… — тихо сказала я, поглаживая её по шее.
А вот с Леоном мы поговорим.
Я поднялась, откинула одеяло и подошла к окну. За ним уже светало — серо-розовое небо растекалось по крышам, город просыпался медленно, будто нехотя.
В отражении стекла я увидела себя — волосы растрёпанные, глаза слегка опухшие, щеки тёплые от сна.
Ну и видок.
Как будто не меня похищали, а я сама кого-то тащила через полгорода.
— Ладно, Элла. Выдохни. Утро началось.
Позади на кровати Мила потянулась, спрыгнула на пол и уверенной походкой направилась к двери, как будто тут живёт уже месяц.