Аврора только вздохнула, погладила меня по спине и попыталась отвлечь мелкими бытовыми разговорами. Но тревога росла. К вечеру мои руки тряслись, я постоянно оглядывалась, сама не понимая, чего жду.
Когда рабочий день подошёл к концу, и я вышла на улицу, я впервые за весь день вдохнула полной грудью. Вот она — охрана. Вот машина. Всё. Домой. Сейчас сяду и—
Но тут я заметила вторую машину.
За нашей машиной.
Машину Леона.
Она появилась так резко, что я даже не сразу поняла, что происходит: визг тормозов, чёрная пыль от шин взлетает в воздух, будто дым. И машина буквально врезается взглядом в пространство перед нами.
— А-а… — я от неожиданности пошатнулась и чуть не рухнула, но охранник успел меня подхватить.
Дверь машины распахнулась.
Леон вышел… нет, не вышел — вырвался, словно зверь.
Лицо перекошено яростью.
— ГДЕ ОН?! — рявкнул он так, что я вздрогнула всем телом. — Где этот Марк?! Этот…
Он выдал такое слово, от которого даже охрана моргнула, но я была слишком потрясена, чтобы возмутиться.
Он подошёл ко мне, пробежался взглядом с ног до головы, проверяя, цела ли я.
— Ты в порядке? Что случилось? Кто тебе что сказал? КТО трогал тебя?!
Голос — жёсткий, низкий, дрожащий от ярости.
— Н-ничего… ничего не было… — попыталась я успокоить его. — Леон, правда. Всё хорошо. Я просто устала. Хочу домой.
— Домой? — он прищурился. — Хорошо. Садись в машину. Едь. Сразу. Никуда не сворачивай. А я… разберусь.
И он разворачивается.
— Леон! — я шагнула за ним.
Но он уже идёт к ресторану, быстрый, тяжёлый шаг, каждый шаг — как удар.
Дверь он не открывает.
Он её вышибает ногой.
— Держите её! — бросил он через плечо.
Охрана рванулась ко мне — но я ускользнула, бросилась следом, почти бегом.
В ресторане начался хаос.
Леон шёл через зал как буря:
Столы летели в стороны.
Тарелки со звоном падали на пол и разбивались.
Он орал так, что звенело в ушах:
— МААААРК!!! ВЫЙДИ СЮДА, ТРУСЛИВАЯ ТВАРЬ!!!
Аврора и Лусия выскочили навстречу, обе испуганные.
— Что случилось? Элла? Почему он…
А я дрожала. Дрожала так, что зубы стучали.
Я никогда не видела Леона таким. Никогда.
Это был не тот мужчина, что шутил утром о моём падении. Это был кто-то…
Страшный.
— Аврора, закройте дверь к раздевалке! — почти закричала я, слезы подступали к глазам. — Пожалуйста! Он его убьёт!
Все сотрудники, кто был в зале, бросились туда же — но Леон был быстрее.
Он подлетел к двери раздевалки, рванул ручку — закрыто.
— ОТКРОЙ!!! — голос сорвался в рычание. — ОТКРОЙ, ПАДЛА! Я тебе покажу, как к ней подходить!
Никто не вмешивался. Никто не решался.
Я дрожала, едва стояла на ногах. Аврора удерживала меня за плечи.
Охрана… просто стояла.
Просто смотрела.
— Пожалуйста… — я нажала вызов. — Мануэль… Мануэль, приезжай! Быстро! Он… он его убьёт… пожалуйста!
Дверь не выдержала.
С хрустом, со скрежетом, Леон выбил её — плечом, ногой, кулаком. И ворвался внутрь.
Марк сжался в углу, бледный как мел.
— Ты… ненормальный?! — выкрикнул он дрожащим голосом. — Зачем ты дверь…
Леон схватил его за шкирку.
Поднял.
И с такой силой швырнул о шкафчик, что тот застонал и осел вниз.
Марк попытался подняться — Леон ударил его ногой в лицо.
Раз.
Второй.
— Я ПРЕДУПРЕЖДАЛ! — рявкнул он. — Предупреждал держаться от неё подальше! Элла — МОЯ. МОЯ женщина. И ты — никто. Запомнил?!
Все стояли.
Как парализованные.
Я больше не могла дышать. Не могла двигаться.
Слёзы текли сами.
— Леон… пожалуйста… — выдавила я, едва слышно. — Пожалуйста, остановись…
Он не слышал.
Он бил, пока Марк не перестал даже пытаться подняться.
И когда тело Марка обмякло, и повисло где-то между сознанием и тьмой — весь ресторан ахнул.
Меня накрыло.
Я видела кровь.
Леона — зверя.
Себя — бессильной.
И мир поплыл.
Последнее, что я почувствовала — чьи-то руки подхватывают меня.
Аврора кричит.
Голоса вокруг.
Я падаю.
Тьма.
И сквозь неё — голос Леона, глухой, сорванный:
— ОТОШЛИ ОТ НЕЁ! НЕ ТРОГАТЬ!
Чьи-то тела он отбрасывал, расталкивал, как будто они были бумажными.
А потом — его руки.
Сильные.
Горячие.
Он поднимает меня.
Выносит.
Держит так, будто я — последний живой кусок мира, который он ещё не разрушил.
----
Я пришла в себя резко — будто кто-то толкнул меня изнутри.
Глаза открылись, но в первые секунды я даже не понимала, где нахожусь. Комната… моя. Потолок знакомый. Постель мягкая. Тишина.
Но в голове — пустота. И гул.
Пару секунд я просто лежала, пытаясь дышать. Но как только мозг попробовал собрать последние часы… картинки ударили, как ледяная вода по лицу.