Макен ощутил, как зашевелились волосы на затылке. «Конечно же, она не могла снова сбежать. Или могла?»
Чувствуя тошноту, Хаммер развернулся и помчался по коридору. Он ворвался в комнату Рейн, включил свет и распахнул дверцы шкафа. Ее одежда висела так же, как она ее оставила. Он знал, что девушка не взяла ничего из своих вещей из шкафа Лиама – он бы услышал это. Его накрыла волна блаженного облегчения.
Но как только Макен выключил свет, он не мог избавиться от тяжелого ощущения, просочившегося в его кости.
— Черт, где ты, Рейн? — прошептал он.
Состояние, в котором перед ним предстала кухня, не давало ему покоя. Рейн никогда не оставляла ее в беспорядке или неубранную, не говоря уже о брошенном рецепте. Мужчина вернулся обратно к столу с ингредиентами, затем сравнил рецепт, с тем, что на нем было.
— У нее не было фиников.
Он нахмурился и бросился к задней двери, его ключи звенели в кармане при каждом шаге. Если Рейн ушла в магазин в кромешной тьме, не сказав ему или Лиаму... Хаммер помотал головой. Он заставит покраснеть ее задницу еще на один тон темнее.
Открыв тяжелую металлическую дверь, он вышел на прохладный ночной воздух. Машина Рейн стояла под фонарем. Но дверь со стороны водителя была открыта настежь. Когда Хаммер увидел ее кошелек, лежащий на земле, его охватил ледяной страх.
Подбежав к машине, Макен обнаружил, что личные вещи девушки разбросаны по асфальту. Ключи блестели на водительском сидении, а телефон валялся на дне автомобиля. Сердце грохотало у него в груди.
Рейн никогда бы добровольно не оставила свои вещи. Хаммер осмотрелся в поисках чего-нибудь, что могло дать подсказку. «Что могло произойти на небольшой стоянке Темницы? Грабитель? Насильник?»
«Билл?»
«Сукин сын».
— Рейн! — закричал Хаммер, надеясь, что она может его услышать и крикнет в ответ.
Ничего, кроме тишины.
Паника растекалась по его венам.
— О Боже. Рейн! Нет, детка. Нет.
По дороге обратно к клубу, Хаммер достал ключи из кармана. Его руки тряслись, когда он остановился у двери и попытался открыть замок. Страх пополз по его спине и окружил горло, выжимая воздух из легких.
— Если она у тебя, ты конченый мудак, я убью тебя, — поклялся Хаммер и дернул дверь. — Лиам! — заорал он, несясь по коридору. — Лиам!
Двери комнат Бека и Сета одновременно распахнулись и оба мужчины, моргая, уставились на Хаммера. Разбуженные ото сна, они выглядели удивленными и сбитыми с толку.
— Какого хрена ты орешь? — с угрюмым видом спросил Сет.
— Твою мать. Вы, два идиота, снова поссорились? — Бек с отвращением встряхнул головой. — Уладьте все, пока Рейн не подвесила ваши яйца на кухонном окне, как китайские колокольчики.
Хаммер проигнорировал их комментарии:
— Лиам!
Пока он гремел, пробегая по коридору, его друг появился с полу застегнутой ширинкой, тоже выглядя сбитым с толку.
— Какого черта... Что случилось, Макен?
— Она пропала, — выдавил Хаммер, пытаясь проглотить ком страха и гнева, застрявший в его горле. — Я боюсь, что она у Билла. Ее машина на стоянке. Дверь со стороны водителя открыта, а ее вещи повсюду разбросаны. Она бы не ушла, оставив кошелек, телефон, ее... — Нуждаясь в опоре, Макен ухватился за плечи Лиама, его начало трясти.
— Нет. Этого не может быть.
Хаммер ощутил, как в голосе и взгляде Лиама появился страх.
— Я не знаю, как давно она пропала, — прорычал Хаммер, пытаясь унять панику. — Я проснулся, может пять или десять минут назад и понял, что ее нет.
— Вот черт. Если это Билл... — рявкнул Бек, понимающе уставившись на Хаммера.
С той ночи, когда Хаммер нашел Рейн в переулке и вызвал доктора, тот отлично знал, на что способен Билл Кендалл. Пришлось подсыпать двойную дозу успокоительного в ее содовую, чтобы Бек смог осмотреть девушку. Хаммер сфотографировал жуткие синяки, которые она получила от рук «любящего» отца. Лиам увидел фотографии лишь на прошлой неделе. Ему тоже «посчастливилось» встретиться с Биллом, поэтому он отлично понимал, что нужно как можно скорее найти Рейн.
С трудом сглотнув, Лиам сжал руку Макена:
— В комнату охраны, дружище. Камеры расскажут нам у этого ли куска дерьма наша девочка.
Пока все четверо неслись по коридору, жуткое ощущение дежавю накалило на Хаммера. Он подавил рвотный позыв.
— Что делала Рейн так рано утром одна на стоянке? — спросил Лиам.