Он снова набросился на нее.
Рейн выдернула нож, а затем ударила им в грудь мужчины, когда тот снова попытался дотянуться до ее горла. Девушка наткнулась на кость грудины, но проворачивала нож до тех пор, пока зазубренные края лезвия не разрезали плоть, словно масло, упершись в рукоять. Сквозь крик его агонии Рейн опустилась на кушетку.
Еще больше крови. Его крик превратился в булькание. Билл попытался встать, но сумел лишь перекатиться на пол рядом с кушеткой, слева от нее. Он уставился на Рейн, его глаза округлились от шока, когда он пытался вдохнуть поглубже, но получалось лишь шипение. Кровь хлынула повсюду.
Кендалл поднял руку и на удивление сильной хваткой стянул волосы Рейн в кулак. Жестко потянув, он приблизил ее лицо к себе. Девушка закричала и попыталась отстраниться. Билл слабел, но он мертвой хваткой держал ее, по-прежнему чувствуя себя хозяином положения.
Всхлипнув, она изо всех сил постаралась развернуться к нему, чуть повернувшись на бок. Все еще сжимая нож, Рейн снова ударила его, на этот раз в сердце.
Она видела, как он дергается, выражение его лица слабеет... Но его жуткие голубые глаза продолжали смотреть на нее, поэтому Рейн не стала останавливаться. Она колола и колола, пока его крики эхом отдавались в ее ушах. Наконец, она поняла, что Билл умер, а ужасные вопли были уже ее собственными.
* * *
— Шевелись, черт возьми! — Лиам нажал на гудок и ударил по тормозам, а затем, проверив зеркала и объехав медлительную машину, снова нажал на педаль газа.
Он думал лишь о том, как добраться до Рейн. Было слишком легко представить, каким пыткам может подвергнуть их девочку этот психопат Билл.
Лиам ругал себя за то, что не сделал ничего с Кендаллом, когда у него был шанс. Вместо этого, все стало еще хуже, когда вчера угрожал ему. Если что-нибудь случится с Рейн, Лиам никогда не простит себе этого.
«Оставайся сосредоточенным. Сконцентрируйся на движении. Будь собранным. Рейн нуждается в тебе».
— Прости, Лиам. Я, правда, не думала, что он на самом деле причинит ей вред, — произнесла Гвинет.
Хаммер зарычал:
— Да ты что...
Лиам просто не мог смотреть на свою бывшую, не желая сделать то, чего он никогда в жизни не делал в порыве гнева с женщиной.
— Потому что ты вообще не думаешь и ни о ком не заботишься, кроме себя. Ты подвергла невинную женщину смертельной опасности. Ты использовала родного племянника, как пешку в своей схеме, — обвинил ее Лиам. — Есть ли что-нибудь чего ты не хочешь по-своему?
— Я не сделала больно Кайлу. Я взяла его в приключение. — Когда он недоверчиво посмотрел на нее, она вздохнула. — Компания моего отца стоит миллиарды фунтов. Я должна была сделать хоть что-то, но теперь она перейдет Китти и...
Зазвенел телефон Лиама. Мужчина вытащил его из кармана, надеясь, что получит какие-нибудь новости о Рейн. Он взглянул на номер. Местный. Незнакомый. Сердце стучало, он нажал кнопку приема и вывел на громкую связь.
— О'Нил, — ответил он.
— Здравствуйте. Это Том из лаборатории «Accudata» при больнице. Доктор Бекман сказал, что вам как можно скорее нужны результаты теста на отцовство. Вот звоню, чтобы вы знали... Вы — не отец. Я проверил дважды. Вы вообще не состоите в родстве.
Эта информация была бы более полезна двадцать четыре часа назад. Теперь же, это была не новость.
— Спасибо, Том.
— Я — твой должник, — прокричал Бек с заднего сидения.
Не имея терпения ни на что, что не относится к спасению Рейн, Лиам закончил звонок.
— Т-ты провел ДНК-тест Кайла меньше, чем за двенадцать часов? — Гвинет была поражена.
Очевидно, она думала, что у нее будет больше времени.
Мужчина цинично посмотрел на нее в зеркало заднего вида.
— Я больше не такой доверчивый, каким был раньше. И после того, во что ты меня втянула, я уже никогда не поверю ни единому твоему слову.
Бек схватил Гвинет за затылок и наклонился ближе, чтобы прошептать ей на ухо:
— Знаешь, блондиночка, я — садист. И ради тебя, я забуду свою клятву Гиппократа.
От его обманчиво-вежливой угрозы она испуганно всхлипнула и попыталась освободиться. Но Бек знал, как удержать женщину, и она не смогла вырваться из его объятий.
— Ты знаешь, сколько существует болевых рецепторов в человеческом теле? — спросил он.
Ее глаза распахнулись. Гвинет открыла рот от страха. Наблюдая, как Бек промывает ей мозги, Лиам почувствовал, что его наполняет извращенное удовлетворение.
— А я знаю, — ответил доктор. — На самом деле, я поставил себе цель в жизни — изучить, как долго я могу удерживать кого-то на кончике ножа, сохраняя ощущения настолько сильные, что больше ничего не соображаешь. Я могу подарить абсолютную агонию.