— Умоляй Хаммера трахнуть твою прелестную тугую киску. И поторопись.
— Пожалуйста. Макен. — Ее пронзительная мольба звучала до боли красиво. — Пожалуйста... ты мне нужен, тоже.
Внутри него что-то надломилось.
Обхватив член, Хаммер протолкнул головку прямо в ее жаркое лоно. Он больше не стал ждать ни секунды и, схватив девушку за бедра, одним резким движением погрузился в нее по самые яйца.
«Боже... как в раю».
— Черт, наконец-то... — застонал Лиам. — Трахни ее. Жестко.
«С удовольствием».
Макен снова толкнулся в нее. Хрупкое тело девушки поддалось, принимая каждый дюйм его глубокого погружения. Застонав, Рейн обернула ноги вокруг его талии. Ее киска сжалась. От экстаза, голубые глаза девушки остекленели, и она впилась ногтями Хаммеру в плечи. Он зарычал.
Под ними, Лиам проникал в попку Рейн. Трения их обоих глубоко внутри разжигали огонь. Спина девушки выгнулась. Макен потер большим пальцем ее клитор. Рейн содрогнулась и отчаянно закричала, заглушая, подавляя, слишком быстрое приближение к оргазму.
Хаммер шлепнул Рейн по киске:
— Нет. Не смей. У тебя не было разрешения.
Рейн захныкала и сжалась вокруг его члена, затем с трудом перевела дыхание. «Слишком близко...» С проклятиями Хаммер отпрянул назад.
Девушка пронзительно закричала, извиваясь и пытаясь заставить его погрузиться как можно глубже.
— Во имя любви... Я не могу. Трахни меня!
— Когда мы будем готовы, — настаивал Лиам, шепча ей на ухо.
Хаммер полностью вышел и сердито посмотрел на нее:
— Не ты здесь главная. Я приказал тебе сдерживаться.
Рейн нахмурилась. Но прежде чем он успел сделать ей выговор, она стерла с лица это выражение. Девушка всхлипнула и вонзила ногти в бедра Лиама. Мужчина зашипел, обхватил ее запястья и скрестил их на ее теле, под грудью.
— Прекрати, чертовка.
Хаммер наклонился и прикусил припухший лобок над ее клитором.
Крик Рейн наполнил комнату. Наслаждаясь моментом, Макен наблюдал, как ее боль превращается в расплавляющее кости блаженство, свидетелем которого стали маленькие красные отметины на ее чувствительной, обнаженной киске. Мужчина погладил прелестный отпечаток.
Девушка дрожала, быстро и тяжело дыша. Ее пылающие голубые глаза умоляли, говоря Хаммеру, что он стал и дьяволом и спасителем одновременно. Он греховно ей улыбнулся.
— Пожалуйста... — ее голос звучал хрипло и резко.
Его внутренний зверь любил превращать ее в слабую и умоляющую.
«Взять ее. Сейчас».
— Черт побери, Макен, — нетерпеливо выругался Лиам.
Хаммер сжал кулаки. Ни хрена, он сможет подождать. Он должен закончить это, уничтожить ее защиту, напомнить, кому она принадлежит. Направляя член рукой, Макен одним рывком погрузился в нее. Девушка была зажата между ними, зафиксирована, обездвижена, беспомощна. Он чертовски обожал это.
— Помогите, — слезы навернулись на ее глаза. — Я вся горю. Горю... слишком горячо.
— Именно так, как мы хотим тебя. — Хаммер вышел из нее и снова глубоко вонзился, заставляя ее скользить вверх и вниз по члену Лиама. — Гори ярко и сильно для нас.
— Да, — ахнула она, — О Боже, да.
Застонав, Хаммер высвободил остатки своей сдержанности, врываясь в Рейн в бешеном темпе. Их тела с силой ударялись друг об друга. Пот выступил у мужчины на висках и плечах. Жажда разнеслась по всему телу. С животным криком Рейн, двигалась между ними, закрыв глаза. Плоть Лиама терлась о его собственную сквозь тонкий барьер внутри девушки, вперед и назад.
Хаммер ухватил Рейн за бедра и, зарычав, согнул ей колени, чтобы проникать еще глубже. Низкий, гортанный крик вырвался из ее груди, и мужчина наслаждался этим звуком.
«Сейчас». Макен не мог отказать потребностям своего внутреннего зверя.
Пока он быстро и жестко вдалбливался в Рейн, она кричала, и ее голова металась из стороны в сторону. Хаммер навис над ней, упираясь руками в матрац. С каждым толчком, ее грудь подпрыгивала перед его лицом. Он укусил и пососал ее.
Под ними двумя, Лиам, нахмурив брови, направлял Рейн вверх и вниз по своему члену. Глаза девушки были закрыты, а ее рот широко раскрыт в безмолвном крике. Погружаясь в нее, Макен старался делать это каждый раз еще глубже, чем в предыдущий, глубже, чем когда-либо, чтобы оставить себя в ней навсегда.
«Обладать. Заклеймить».
— Кому ты принадлежишь? — прорычал Хаммер сквозь стиснутые зубы, снова неистово трахая ее тугую киску.