— Вот теперь, можно согласиться.
За спиной мягко кашляет Стас:
— Значит, вы… остаётесь?
Я оборачиваюсь к нему и впервые за день по-настоящему улыбаюсь.
— Да.
Потому что теперь меня будет отсюда трудно выпроводить.
— Я хотел бы ещё раз предупредить, что Ярослав Кириллович довольно требовательный начальник.
— Вот и хорошо, я привыкла выполнять свою работу на отлично.
Стас переминается с ноги на ногу, как будто хочет ещё что-то сказать, но не решается. Что-то мне подсказывает с этой сказкой не всё так просто.
Стас открывает планшет и зачитывает с него:
— Есть определённые условия. Еду вы готовите три раза в сутки: завтрак в семь утра, обед в полдень и ужин в семь вечера. Шесть дней в неделю, воскресенье — выходной, — говорит он ровным тоном.
Я согласно киваю. Все эти условия и так были в описании вакансии.
— Вы сервируете стол. Мыть посуду не надо. Этим, как и уборкой, занимаются уборщицы. Среди них главная — Клара. Как только стол сервирован, вы нажимаете на кнопку в столе, круглую такую, и сразу покидаете кухню.
— Покидаю? — уточняю я прищурившись. — Зачем такая спешка?
— Чтобы не встречаться с Ярославом Кирилловичем. Это для вашего же блага, он бывает достаточно суров с прислугой.
— А если мне нужно у него что-то спросить? По еде.
— Со всеми вопросами обращайтесь ко мне.
Я рассеянно качаю головой. Что за таинственность? Стас снова меня заверяет:
— Поверьте, Каролина, это для вашего же блага. Мы пробовали работать иначе. При личном знакомстве никто не задерживался дольше нескольких дней. У Ярослава… Кирилловича очень сложный характер.
— Возможно, так даже лучше, — соглашаюсь я и скрещиваю руки на груди.
— Также я напоминаю. Во время нахождения на территории поместья запрещено использовать телефон, делать фотографии, выходить в сеть. Любое нарушение приведёт к немедленному увольнению.
— Вы серьёзно?
— Абсолютно. Телефон вам возвращают, когда вы покидаете территорию. Прогулки два раза в неделю, плюс в воскресенье.
— А просто выйти на улицу?
— Пожалуйста. Еловая роща в вашем полном распоряжении.
В целом меня можно назвать домоседкой, но добровольное заключение всё-таки звучит… непривычно.
— Хорошо, я попробую.
— Последний момент, — начинает Стас.
Я снова вздыхаю, ожидая, что он скажет: «в ваши обязанности входит участие в ритуальных жертвоприношениях раз в неделю».
Но его просьба оказывается куда логичнее:
— Покажите, пожалуйста, медицинские справки. Мы просили привезти их с собой.
— Да, конечно, — я достаю из сумочки анализы и протягиваю их Стасу. Там ничего особенного, стандартные исследования, как при приёме на работу в общепит.
— Отлично, — пробежавшись глазами по результатам, он возвращает мне бумаги. — Я подготовлю рабочий контракт, а пока давайте покажу ваш дом.
— Мой дом? — переспрашиваю я, уверенная, что ослышалась.
— Конечно. В вакансии же было указано, что мы предоставляем место для проживания.
— Да, я думала, это будет просто комната.
— Нет, все наши сотрудники живут в отдельных домиках. Следуйте за мной, я покажу ваш.
Мы выходим из особняка и направляемся по извилистой тропинке вглубь еловой рощи. Миновав две беседки и свернув направо, мы выходим к коттеджному посёлку. В ряд стоят десять небольших домиков.
— Вы тоже здесь живёте?
— Нет, — Стас ухмыляется.
— Я живу не здесь. Но меня легко найти, просто попросите на посту охраны о встрече. Им же вы можете относить списки покупок.
Все коттеджи одинаковые, различаются только цветом облицовки и флюгерами. Мы подходим к домику с жёлтыми ставнями. На флюгере — ведьма на метле.
— От меня ожидают колдовского таланта? — смеюсь я, пока Стас возится с замком.
— Было бы идеально. А то я уже отчаялся найти подходящего повара, — он открывает передо мной дверь и вручает ключ. Ключ от двери моего дома!