Чувствую себя девчонкой, которую отчитывают за неправильное поведение. Глаз не поднимаю, лишь слышу удаляющийся звук его шагов.
Вот так Ярослав просто оставляет меня в столовой одну? Кожа ещё горит от его поцелуев, сердце бьётся о грудную клетку. Он будто меня наказывает.
Глава 19
Ужин с Ярославом оставляет ворох сомнений и яркие воспоминания о нашем поцелуе. Втором поцелуе.
Щёки загораются от одной мысли о нём, а в груди разливается вязкое тепло. Кончики пальцев покалывает: хочется повторить, продолжить, снова услышать его голос у самого уха.
Несмотря на это, я решаю держаться от него подальше. Не искать встреч, не задерживаться после того, как приготовлю. Его желание заполучить меня полностью пугает не меньше, чем секс за деньги.
Если я ему откроюсь, а он воспользуется этим и предаст? Или без предупреждения исчезнет, как сделал когда-то шеф Штайн.
Мне нужно держать себя в руках. Не ворвись я к нему в кабинет, ничего бы не было. Чтобы наши отношения не выходили за рамки деловых, вести себя необходимо соответствующе.
Польза от ужина с Ярославом тоже имеется. Мне удалось выведать, что борщ и сырники пришлись ему по вкусу. Поэтому я решаю сделать упор на домашнюю еду.
Изменить блюда высокой кухни на чуть более привычные.
Я кидаю в раскалённое масло крупные куски баранины. Засыпаю промытый рис, щедро посыпаю зирой и барбарисом, затем вливаю кипяток.
Пусть теперь плов томится — закрываю чугунную кастрюлю крышкой.
Пока есть время, составляю список продуктов для покупки. Затем открываю холодильник и проверяю сроки годности на этикетках.
— И как ты тут, доченька? — на кухню заходит Клара. Она вытягивает шею вперёд, будто с порога старается разглядеть, что именно томится на плите.
— Затеяла небольшую ревизию, — закрываю холодильник, вытащив оттуда испортившуюся сметану и пожухлый укроп. — Как вы?
— Что-то я замоталась. Заглянула к тебе, чтоб немного отдышаться.
Клара подходит к окну и принимается тереть тряпкой оконную раму.
— Может, проголодались? Здесь на всех хватит, — киваю я в сторону кастрюли с пловом.
Клара замирает, морщинистой рукой сжимает тряпку:
— Да нет, с хозяйского стола как-то… не к добру. Нас в своей столовой кормят.
— Да бросьте, Клара, крепостное право давно отменили. Зачем лишний раз из поместья выходить? Сами же сказали, вам отдохнуть надо, вот и пообедайте.
Я открываю крышку, и ароматный запах плова рассеивается по кухне. Поглядываю на Клару — от такого блюда отказаться невозможно.
— Присядьте там, — жестом приглашаю Клару пройти в столовую. — Я вам принесу.
Достаю из шкафчика деревянную ложку и накладываю ей порцию в белоснежную тарелку. Следую за Кларой в столовую, к моему приходу она уже успевает занять стул.
Я ставлю перед ней тарелку с пловом, подаю белую салфетку и вилку.
— Ты меня, дочка, как в ресторане обслуживаешь, — улыбается она.
— Вы кушайте, не торопитесь. А я пока чай сделаю.
Снова исчезаю на кухне. Когда стихает вытяжка и замолкает чайник, я слышу еле уловимую музыку.
Мелодия сочетает радостное умиротворение и лёгкую печаль. Что-то знакомое, только я совсем не разбиралась в классической музыке, чтобы определить название композиции.
Это не запись, а игра на инструменте. Звуки, вероятно, доносятся из библиотеки. Там стоит рояль.
Когда я возвращаюсь в столовую, Клара доедает плов. Ставлю перед ней кружку чая.
— А вы знаете, кто это играет? — присаживаюсь рядом.
— На пианино-то? Ярослав Кириллович, больше некому.
— И часто он… играет? — не могу сдержать удивления в голосе.
Чарующая мелодия затихает.
— Бывает. Раз-два в месяц.
— Я даже не знала, что он играет. Как-то не похоже на него.
— Загадочный он, это точно, — Клара подмигивает, чем вгоняет меня в краску.
Делает она это по-доброму, только я боюсь слухов о нас с Ярославом, поэтому резко меняю тему разговора.
Минута, две, три.
Я жду, что рояль заиграет снова, но пауза затягивается. Поглядываю в коридор, там никого. От мысли, что Ярослав выйдет из библиотеки и заглянет к нам в столовую, в груди появляется волнительный трепет.
Время идёт, Клара успевает допить чай.
Коридор всё так же пуст.
Наверное, Ярослав поднялся по винтовой лестнице в библиотеке.
***
Через несколько дней из библиотеки снова доносятся игра на рояле. Та же мелодия. Я запоминаю, уже предугадываю моменты, когда мнимая весёлость сменяется тоской.
Магнитом меня тянет подойти ближе, незаметно заглянуть в библиотеку. Увидеть Ярослава и убедиться, что играет он.