Опускаю голову на его плечо.
— Как ты научился играть?
Не вижу, но чувствую его улыбку, слышу её в голосе:
— Это был способ обратить на себя внимание, получить похвалу от приёмных родителей.
Я вздрагиваю, поднимаю на него голову. В мыслях столько вопросов, которые хочется задать: о родителях, музыке, чувствах. Но озвучить ни один из них я не решаюсь. Он трактует мою реакцию по-своему, продолжает:
— Биологические родители погибли в авиакатастрофе. Отец увлекался малой авиацией. Мне тогда было пять. Друзья родителей усыновили.
— И ты научился играть, чтобы впечатлить приёмных родителей?
— Можно и так сказать, — хмыкает он. — Как видишь, способ рабочий, ты тоже пришла.
Заглядываю в темноту глаз, в которой мерцают отблески камина. Не верю. Этот красивый и талантливый мужчина хотел, чтобы я пришла.
Мало того, он хочет меня и сейчас, чувствую бедром его возбуждение. Щёки обдаёт жаром, а спина горит, возможно, от тепла из камина.
Футболка выскальзывает из пальцев и падает на пол, я кладу ладони на широкие плечи. Трусь щекой о его щетину.
— Каролина, что ты делаешь, — низкий голос вибрирует, пальцы Ярослава рисуют узоры на моей спине, а сила желания нарастает.
Тянусь к нему за поцелуем. Он отвечает. Нежно и протяжно.
А потом подхватывает меня и кладёт спиной на диван, сам опускаясь сверху.
— Значит, просто сидеть мы не будем, — заключает он.
Я не возражаю, просто крепче его обнимаю. Губы припадают к моей груди, и я вся становлюсь оголённым электрическим проводом. Выгибаюсь, зарываюсь пальцами в его волосы.
— Как же ты меня заводишь.
Его рука проскальзывает под моё бельё, пальцы находят чувствительную точку, гладят и давят. С губ срывается стон, а внизу становится влажно.
Ярослав поднимается выше к губам, снова целует. Но этого теперь слишком мало. Я тяну за край чёрной футболки, и Ярослав её снимает.
Движения рваные, торопливые. Мы быстро избавляемся от всей одежды.
Лучше не останавливаться, не ждать, пока страх снова овладеет моим телом.
Сегодня я хочу, чтобы оно принадлежало только Ярославу.
Он немного отстраняется, но не сводит с меня глаз. Слышу шелест блестящей упаковки, после чего Ярослав снова надо мной нависает.
Я перед ним: обнажена и открыта. Одно крохотное движение отделяет нас, но Ярослав медлит. От нежности его взгляда по телу разливается тепло.
Сама льну ближе, и он медленно меня заполняет.
Первые секунды это не слишком приятно. Будто распирает изнутри, я помню это чувство. Нужно только потерпеть. Но терпеть с Ярославом не приходится.
Уже в следующее мгновение становится приятно. От терпкого запаха одеколона на его груди, от ласковых неспешных движений, от заботы:
— Тебе хорошо?
Я киваю и тянусь за новым поцелуем. Трепетные касания, жар внизу живота, который нарастает. Как и скорость движений. Ярослав задевает чувствительные точки, о существовании которых я даже не догадывалась, и каждый толчок сжимает внутри меня пружину, она вот-вот отскочит.
И это происходит. Темп всё быстрее, я вскрикиваю, царапаю его за плечи:
— Я… Яр… ты…
Задыхаюсь от накрывающих ощущений.
— Да, именно так… меня и называй, — продолжает он двигаться во мне.
— Да-а-а-а, — со стоном отвечаю я. Сейчас готовая согласится на всё что угодно.
Сила толчков увеличивается, а только что освободившееся напряжение внизу живота снова начинает давить.
Мы доходим до предела вместе.
Второй волной оргазма меня уносит окончательно: мир вокруг расплывается, остаётся только ощущение невообразимого счастья.
Ярослав стонет со мной в унисон.
— Каролина, моя Королева, — шепчет он на ухо.
Мы лежим ещё какое-то время не двигаясь. И мне хочется, чтобы этот миг никогда не заканчивался.
— Королева кухни? — уточняю я с улыбкой.
— Просто. Моя королева, — шепчет он мне в губы, а затем дарит ещё один волшебный поцелуй.
Глава 21
Яркие лучи слепят глаза, когда я просыпаюсь. Это всё было сном? Ласки до изнеможения, влажные поцелуи, бесстыдные стоны.
Простыня сбоку от меня смятая и холодная. Его рядом нет. Я приподнимаюсь с кровати. Через широкие окна свет заливает комнату.
Оглядываюсь. Тёмно-коричневые шторы, белые стены с чёрными декоративными вставками, а кровать огромная, наверное, king-size или даже шире.
Ночью у меня не было времени рассматривать спальню Ярослава.