Ярослав берёт меня за руку, и мы вместе поднимаемся к нему в кабинет, где до вечера работаем над программой, которая должна упростить процесс инвентаризации в ресторане.
— Теперь без багов работает, — Ярослав отодвигается от экрана ноутбука, откидываясь на спинку стула.
Я проверяю в последний раз — всё идеально. Я тоже расслабляюсь, перевожу взгляд на лицо любимого:
— Мне даже не верится, что всё готово! А эта функция с прогнозированием закупок по сезонности – просто сокровище! Что теперь нужно делать? Предоставить её инвесторам? Предложить ресторанам?
— Да, я отправлю на следующей неделе своего человека в поля. Попробуем договориться с заведениями в городе на тестирование. Да и презентацию подготовим, есть у меня менеджер, который сможет убедить инвесторов.
— А как же ты? Никто не знает программу лучше тебя.
— Я привык делегировать.
— Но я видела запись твоей презентации в интернете. Ты рассказывал о новых функциях в TopVines. И это было… Завораживающе! Круче, чем у Стива Джобса*.
Стив Джобс* — основатель компании Apple, известный уникальным стилем презентаций, который сочетал простоту, эмоциональность и запоминающийся сторителлинг.
— Каролина, — резким рывком он разворачивает стул, на котором я сижу, к себе, привстаёт, нависая надо мной. В глазах голодный блеск, а голос становится на несколько тонов ниже: — Когда ты так говоришь, мне хочется свернуть горы, но сначала… затащить себя в спальню.
Я сама притягиваю его ближе, целую мягкие губы, зарываюсь пальцами в тёмных волосах. Чувствую ставший таким родным и притягательным терпкий запах одеколона. Потому что это его запах.
Рука Ярослава скользит по моему бедру вверх, залазит под юбку, приспускает колготки и добирается до успевшего стать влажным белья.
Рядом с ним во мне всегда вспыхивает тёмная страсть, а тело отзывается на каждое прикосновение.
Изо рта вырывается лёгкий стон, когда пальцы Ярослава совершают несколько круговых движений, а затем надавливают на пульсирующий участок лона. Нежность сменяет скорость, и напряжение внизу нарастает. Мне мало его пальцев, хочется ощутить его всего внутри.
Ярослав ловит каждый мой вздох, каждый стон, который начинает всё больше напоминать скулёж. И по его взгляду кажется, он получает удовольствие не меньше моего.
Все мышцы напрягаются, и тело сотрясает волной наслаждения.
Сквозь пелену накрывших чувств я слышу приглушённое «дзинь», и перевожу взгляд на закреплённую на столешнице небольшую коробочку, на которой загорается жёлтый огонёк.
По цвету и материалам она чем-то напоминает кнопку, что находится в столовой. Я догадываюсь, что сюда приходит сигнал о готовности еды, когда внизу кто-то нажимает.
Ярослав целует меня в губы, после чего отстраняется:
— Как бы мне хотелось продолжить, — он порочно облизывает губу. — Займусь тобой как следует после ужина. Сейчас нам пора, еда остывает.
Как джентльмен он протягивает руку, помогая мне подняться со стула. В ногах слабость.
Спускаясь на первый этаж, я принюхиваюсь. Пытаюсь заранее угадать, что же нас ждёт на ужин, но никаких запахов не чувствую. Мы останавливаемся в холле, и Ярослав снимает мою куртку с вешалки.
Вглядываюсь в коридор, ведущий в столовую, но, похоже, сворачивать туда он даже не собирается.
— Мы немного пройдёмся, — говорит Ярослав, помогая мне надеть куртку. Сам он накидывает на плечи пальто.
— Куда?
— Это сюрприз, моя королева, — отвечает он ласково и распахивает передо мной дверь на улицу.
Снаружи ветрено и скользко. Листья с деревьев давно опали, только ели стоят одетые в зелёные иголки. Ярослав удерживает меня под руку, пока мы идём по тропинке вглубь рощи.
В груди что-то сжимается, и я настороженно оглядываюсь по сторонам. Мы заходим всё глубже, идём всё дальше от поместья.
Когда за деревьями виднеются домики прислуги, я решаю, что Ярослав ведёт меня туда, но мы сворачиваем с тропинки.
Мне нечего бояться. Я полностью ему доверяю. Успокаиваю себя, хотя внутри зудит мысль: о Ярославе мне известно далеко не всё. Что-то он скрывает.
Мы выходим к застеклённой беседке, той самой, которая несколько дней была обнесена строительными лесами.
Раньше это была разваливающаяся деревянная ротонда. За время реновации её застеклили и обшили фасадными панелями.
Ярослав ведёт меня внутрь, где нас ожидает накрытый стол. Глаза разбегаются от множества разных блюд и красоты сервировки: изящные бокалы, фарфоровые тарелки с тонким узором и приборы из матового металла с вкраплениями золота. Основное блюдо: утка конфи с картофельным пюре под ягодным соусом из малины и портвейна. Вижу пластиковый контейнер с прозрачной крышкой, в котором фисташковый торт.