— Здесь думать нечего! Убирайся! — кричу я ему в спину.
Штай оборачивается:
— Капля лимонного сока, — бросает он на прощание.
До меня не сразу доходит, что предлагает он добавить этот ингредиент в суп.
На уме более агрессивные вещества, например, уксус, которым хочется его напоить.
Слышу, удаляющиеся шаги, хлопок входной двери.
Не знаю, сколько времени проходит. Я стою посреди кухни и не могу пошевелиться.
Возвращение Штайна окунает в грязное прошлое. Перед ним я снова глупая девчонка, только что окончившая колледж.
Липкие фразы и гнусные намёки эхом звучат в голове.
Получится у меня в этот раз перед ним выстоять? Жгучая самоуверенность и подавляющая сила. Штайн – герой моих ночных кошмаров, которые снова воплощаются в жизнь.
— Каролина, что с тобой? — родной голос выводит из задумчивости.
Ярослав заключает в объятия, всматривается в мои глаза.
— Всё, нормально-нормально, — вру я. Просто не представляю, как сказать ему о возвращении Штайна. Даже имя его произносить противно. — Как у тебя?
— Ты задумчивая какая-то, — не отступает Ярослав.
— Дел много перед открытием, в голове всё не помещается, — глупо улыбаюсь.
Он чувственно целует моё запястье:
— Береги себя.
— Ты тоже, — провожу пальцами по его щетине. Стараюсь как можно быстрее сменить тему: — Как твоя работа?
— Договор так и не смогли подписать, — он запускает пятерню в тёмные пряди, взлохмачивая их. — По долям не можем договориться.
— Ты гнёшь свою линию? — догадываюсь я.
— Конечно, как всегда, — он притягивает к себе и оставляет лёгкий поцелуй на губах.
Мне так нравится его настойчивость, сочетающаяся с заботой и безмерным уважением. Как я могла подумать, что Ярослав похож на Штайна? Они противоположности.
— Что сегодня будем дегустировать?
Я оглядываюсь по сторонам: грязные ложки, недорезанные стебли спаржи, остывший суп в тарелке. Больше не чувствую себя на кухне в безопасности. Своим визитом шеф Штайн осквернил это место. Снова.
Натянуто улыбаюсь, возвращаясь к нарезанию спаржи:
— Крем-суп из белой спаржи. Только мне нужно переделать. Подождёшь?
— Да, моя королева, — Ярослав касается двумя пальцами виска во фривольном жесте, отдавая честь, чем очень меня смешит.
Он приносит на кухню стул и ставит его недалеко от плиты:
— Буду тобой любоваться.
— Ты хотел сказать отвлекать? — презрительно щурюсь.
— Или так, — получаю лёгкий шлепок по ягодицам.
— Прекрати, — сурово предостерегаю, не выпуская из рук нож.
— Понял, двадцать минут я смогу держать руки при себе, а дальше не ручаюсь.
Улыбаюсь.
С приходом Ярослава на кухне становится теплее. Запах Штайна ещё витает в воздухе: горький пот и корица. Он напоминает мне о возникшей угрозе. Только пока Ярослав рядом, я чувствую силы справиться с любыми препятствиями.
— Как идёт подготовка к открытию? — интересуется Ярослав.
— Сегодня был брифинг с командой. Зал почти готов, осталось только прибраться. Кстати, Клара просилась помочь. Отпустишь её из поместья на несколько дней сюда?
— Как тебе будет угодно, — всё тем же услужливым тоном отвечает он.
— Прекрати, — отрезаю я. — Что прекратить? — голос становится ниже, теперь я ощущаю в нём низкие вибрации.
— Заигрывать со мной, — растапливаю в кастрюле сливочное и начинаю пассировку шпината.
— Значит, мне нельзя с тобой заигрывать, — он поднимается со стула, подходит вплотную.
— Не на кухне, — держу в руках столовую ложку как средство самообороны, — здесь слишком много… горячих поверхностей.
— Ты делаешь только хуже, — Ярослав пожирает меня взглядом. Нужно скорее его накормить.
Хотя кого я обманываю? Сама трепещу от интонаций его голоса, низ живота горит, и это никак не связано, с жаром от плиты.
Этот голод еда не утолит.
— Ну, пожалуйста, — жалобно прошу я, кивая на стул.
Ярослав снова садится.
— Маруська предложила помочь с открытием, она с девчонками из танцевальной группы подготовит номер. Устроит небольшое шоу, — я пытаюсь перевести разговор в менее эмоциональное русло. Поясняю: — Маруська — это моя младшая сестра.
— Я помню. Сестра Маруська, мать Ирина Михайловна и отец Николай Павлович, — скороговоркой произносит Ярослав.
— Ты запомнил? — удивлённо восклицаю.
— Конечно, это же твоя семья. Может, нам познакомиться? — предлагает он.
Сердце замирает на секунду, чтобы потом понестись галопом. Я чуть не прыгаю от радости, хочу его расцеловать, но вместо этого остаюсь у плиты, чтобы влить куриный бульон в кастрюлю со шпинатом.