Только рядом с ним я понимаю, что готова.
Ярослав укладывает меня животом на столешницу, медленно входит сзади. Остро чувствую его внутри, совсем другие ощущения. Цепляюсь за край стола, когда толчки становятся сильнее, а паузы реже.
Я расставляю ноги чуточку шире, впускаю его в себя полностью. Вскрикиваю и стону от нарастающего внизу живота напряжения.
Каждый толчок накатывает приятной волной расслабления. Рука Ярослава скользит по моим бёдрам, спускается к вульве. Пальцы касаются влажных складок, задевают чувствительные точки.
И в этот миг на меня обрушивается не волна, а смывающее всё цунами. Остаётся только яркое наслаждение.
Я трясусь, разжимаю пальцы, не в силах больше держаться.
Ярослав приподнимает меня от столешницы, обхватывает рукой под грудью, удерживая на весу, продолжает двигаться внутри, чем только усиливает бесконечно приятные ощущения.
Наваждение на долю секунды отступает, и только сейчас я в полной мере осознаю, что мы занимаемся любовью в кабинете опустевшего ресторана.
В этом же кабинете я распрощалась с девственностью, в этом же кабинете убедила себя, что если мужчину уважаешь, то сможешь его полюбить.
Только с Ярославом я понимаю, как это любить по-настоящему. Заниматься сексом не потому, что надо, а потому что сама горишь.
— Я скоро, — с хрипотцой произносит он, продолжая в меня вколачиваться.
В моём обезумевшем от наслаждения мозгу появляется новое желание.
— Подожди, — цепляюсь я за рукав Ярослава, он замедляется, выбивая из меня лёгкий стон последним толчком. — Я хочу тебе помочь.
Ярослав с интересом смотрит на меня, пламя похоти плещется в его глазах.
Я отстраняюсь, опускаюсь перед ним на колени. Пальцы обхватывают чувствительную плоть.
В груди покалывает лёгкий страх, мысли о грязи и собственной ничтожности пытаются пробиться сквозь десятки комплиментов, которыми меня одаривал Ярослав.
Только с ним я готова переиграть этот опыт.
Он не торопит, не заставляет. Смотрит с обожанием.
Я наклоняюсь ниже, подношу головку члена к губам, обвожу языком по кругу. Из груди Ярослава вырывается стон, он чуть не сносит монитор со стола, цепляется пальцами за край столешницы.
И это именно та реакция, которая побуждает меня продолжать. Я раскрываю рот, впускаю его в себя. Начинаю медленно, отслеживая подступающий рвотный рефлекс. Замедляюсь, затем снова набираю темп.
Поднимаю глаза на Ярослава, вижу, какое удовольствие приносит ему каждое движение, и причина этого удовольствия – я. Нет, это не унижение и грязь, как было раньше.
Это запредельное доверие. Власть над человеком, которого любишь.
Сейчас Ярослав абсолютно мой.
— Какая же ты охрененная, — рычит он.
Я ускоряюсь, стараясь впустить его ещё глубже.
— Уже, почти, — шипит Ярослав, давая мне возможность остановиться. Но я хочу попробовать его на вкус, поэтому продолжаю до того момента, пока в горло не ударяет тёплая струя. На языке ощущается солоноватый привкус.
— Это было… очень, — Ярослав отстраняется, взмахивает рукой, пытаясь подобрать правильные слова. — Неожиданно.
Лукаво смотрю, как он натягивает тёмные боксеры.
— Рада стараться.
— Из-за твоей диверсии придётся заняться продолжением рода, как-нибудь в другой раз.
— В другой раз, так в другой раз, — я облизываю губы.
— Что ты со мной делаешь? — хищно скалится он.
— Совращаю? — хмыкаю я, отступаю к шкафу, чтобы одеться в привычную одежду. Ещё секунда промедления, и он бы снова меня схватил и разложил на столе.
По пути я поднимаю поварской китель с пола и кидаю его в корзину для грязной одежды. Ощущаю на себе его строгий взгляд, поэтому нагибаюсь с присущим мне изяществом.
— Ты напрашиваешься на продолжение, — Ярослав накидывает на плечи рубашку, продолжая на меня скалиться.
В ответ я лишь веду плечом.
***
В отеле мы сразу же заваливаемся на кровать, забываясь в крепком сне.
Отоспаться мне Ярослав не даёт, торопит на завтрак, который включён в стоимость номера.
Вот уж не подумала бы, что человек с миллионами на счету станет беспокоиться о пропущенном завтраке.
Я еле разлепляю глаза, с трудом встаю с кровати. Мышцы ног и спины ноют, кажется, мне снова нужен массаж.
Умывшись наспех и натянув на себя вязаное платье, я соглашаюсь выйти из номера. Ярослав напротив выглядит бодрым.