Одна из блогерш проделывала манипуляции со своими гугловскими очками. Две другие подняли поставленные на запись смартфоны, не заботясь о тех, кому они застят обзор.
— Определенно в этом году на нью-йоркскую Неделю моды вернулся гранж, — Ева сделала паузу. — Либо так, либо в Линкольн-центре теперь полно бездомных, — это задумывалось как шутка, но подача подкачала, и прием, соответственно, тоже. По рядам гостей пробежал неодобрительный шепоток. Ева ничего на замечала. — Я рада приветствовать всех на замечательной вечеринке, которую мы устроили в последнюю минуту.
Ева на миг замолчала, глядя, как по комнате идет в ее сторону звезда «Модного проекта»:
— Ку-ку, Гретхен, — она помахала рукой, а супермодель натянуто улыбнулась и кивнула. — Вы даже не представляете, как я рада тому, что запустила «Glossy-точка-ком». Забудьте о старых скучных журналах. За нами будущее.
Когда Ева заговаривала на эту тему, ее голос всегда звучал уверенно, но улавливать настроение аудитории она не умела. Ей не хватило сообразительности понять, что тут любили журналы, выросли на журналах и до сих пор были преданы журналам. Поэтому она продолжала разглагольствовать в том же стиле, что и в Сан-Франциско. Имоджин слышал нарастающее шуршание — это люди вокруг нее от неловкости переступали с ноги на ногу.
— Я счастлива видеть здесь стольких замечательных модельеров. Я хочу поблагодарить Тимо Вейланда, Оливье Тейскенса, Ребекку Минкофф, Фиби Фило. Александр Ван, на мне сейчас ваши туфельки, — Ева показала на Такуна. Александра вообще не было на вечеринке, и этих двух модельеров не объединяло ничего, кроме азиатского происхождения. — Моя цель — вновь сделать моду захватывающей. Моя цель — привести всех вас, — она раскинула руки, будто пытаясь обнять комнату, — в цифровую, мать ее, эру, и я не успокоюсь, пока не сделаю этого.
Ева не сомневалась, что ругнуться на публике — верный способ завладеть всеобщим вниманием. Вместо этого гости поморщились.
— Я знаю, каков Интернет. Он любит котиков, сиськи и женские письки. Мы собираемся найти способ использовать все это во благо Glossy.com, чтобы поколение миллениума совершало все покупки именно у нас.
Имоджин никогда раньше не слышала, чтобы кто-то произносил вслух словосочетание «женские письки». Она набрала в грудь побольше воздуха и подождала, пока Ева закончит, а потом осторожно пробралась вперед. Коснулась рукой талии Евы, таким образом сообщая той о своем присутствии, улыбнулась и знаком спросила: «Можно мне?»
— Думаю, Имоджин хочет вам что-то сказать, — проговорила Ева определенно раздосадованная тем, что ее речь не вызвала ответного энтузиазма.
Даже Имоджин, порой до неприличия самоуверенная, сейчас не понимала, как выкручиваться после такой кошмарной речи. Она откашлялась.
— Спасибо, Ева. Ева у нас гений технологий. Сколько бы я ни благодарила ее за упорный труд и за все, чему я у нее учусь, все будет мало, — Имоджин знала, что должна разрядить напряжение, повисшее в воздухе после Евиной речи. — Мы живем в новом мире, напоминающем безумный Дикий Запад. Кто еще полгода назад мог предположить, что мой журнал превратится в приложение? Если бы я знала, то, может, продлила бы свой отпуск.
Раздалось несколько смешков.
— Все вы приглашены сюда потому, что мы считаем вас частью семьи «Глянца» и хотим держать вас в курсе всех наших планов на будущее. Нам известно, что сегодня у вас не было недостатка в приглашениях на вечеринки, поэтому мы очень признательны за то, что вы выбрали нас. Я знаю, как в наши дни важны хэштеги, поэтому не стесняйтесь, если сочтете нужным твитнуть отсюда или запостить что-то в «Инстаграм». У нас есть идея, как заставить эту вечеринку стать настоящим хитом сезона, так что не расходитесь, ждите сюрприза. Пожалуйста, угощайтесь! Спасибо, Дэнни, ты замечательный повар. Да, и не забывайте пить побольше воды, вам ведь не хочется завтра мучиться похмельем, — Имоджин подняла бокал, и собравшиеся успели немного похлопать, прежде чем Челси заглушила аплодисменты рефреном песни Игги Азалии. Пока Имоджин говорила, Ева сумела-таки слезть со стула.
Звуки вечеринки — светская болтовня и жевание — возобновились.
— Что это было? — зашипела на ухо Имоджин Ева. — Это все, что ты можешь сказать? Мы что, потратили пять тысяч долларов, чтобы обеспечить всем этим людям отсутствие похмелья? Мы пригласили их, чтобы заполучить их в наше приложение.
Интересно, а что именно, по мнению Евы, она должна была сказать?
— В этом мире так дела не делаются, Ева, — громко зашептала в ответ Имоджин, раздраженная самоуверенностью Евы, шею которой она только что пыталась спасти. — Для таких вещей нужно время, терпение и связи. Думаю, мне известно об этом больше, чем тебе.