- Что случилось?
Прохладный голос звучал так, словно ответ ее совершено не интересовал. Артем шагнул к жене, но, заметив обращенные к нему лица женщин, остановился.
- Женька решила прочитать мне лекцию, как быть хорошим отцом. Она, видите ли считает, что я должен извиниться перед ней. Извиняться перед ее дармоедом мне, так и быть, не нужно. Потому что мне хватило здравого смысла не оскорблять его лично. Мне! Хватило! Здравого смысла!
Ольга пожала плечами и снова повернулась к грязному столу.
- А чем ты недоволен, папа? – Раздался голос Саньки. Ей двадцать три года, на минуточку. Мы взрослые люди, нравится тебе это или нет.
- И ты туда же? Хватит с меня баб, я ухожу!
- Куда?
- Пойду утоплюсь.
Насколько помнила Ольга, для Артема это была предельная степень гнева. Обещание утопиться, застрелиться и повеситься означало крайнее возмущение, а так же отказ от переговоров и компромиссов. Таким образом он «умывал руки» и «отворачивал лицо свое» от нерадивых домочадцев. Им оставалось только немедленно капитулировать и безоговорочно признать свое поражение. У нее возникло странное чувство, как у актера, забывшего свою роль и растерянно глядящего в темноту суфлерской будки. Впрочем, сегодня играть пьесу «Благородный отец» было некому: актеры разбежались, сцена опустела.
- На озере ни одной проруби нет, я уже проверила, - Санькин голос сочился ехидством. – Но мы с тобой можем слепить снеговика.
- Вот не надо говорить, что мне можно, а что нельзя. Я на сегодня педагогическую норму уже выполнил и перевыполнил.
Артем успел взять себя в руки. Но, хотя его лицо было совершенно неподвижно, в голосе клокотала холодная ярость. Кажется, до Саньки так и не дошло, что сейчас происходит между ее родителями. Впрочем, его младшая дочь всегда была совершенно искренним и простодушным эгоцентриком. Она протянула Артему блокнот:
- Я тут кое-что набросала. Насчет собачьего приюта.
Поверх блокнота Артем упорно смотрел на Ольгу, которая швырнула мокрую тряпку на стол, и стояла, опершись ладонями о столешницу, оставив мужу на обозрение лишь часть щеки и заправленные за ухо пряди рыжих волос.
- Не сейчас.
- Но папа!
Артем резко повернулся и, задев плечом Санькину руку, быстро пошел к двери. Блокнот описал в воздухе дугу и с тихим шелестом опустился на пол, из него, словно осенние листья, выпорхнули и разлетелись по углам разноцветные бумажки. Одна из них скользнула под диван. Из прихожей раздался грохот, что-то обрушилось на пол, хлопнула входная дверь.
Маришка посмотрела в окно, Нинка выглянула за порог кухни.
- Сорвал вешалку…
- Ой, в тапках ушел…
- Ну, все правильно. Назло врагам отморожу уши…
Первой хихикнула Санька, Марина сначала закашлялась, но когда Нинка захохотала заливисто и радостно, с облегчением перестала маскироваться и присоединилась к веселью. Наталья сидела за столом и улыбалась, подперев щеку ладонью. Ольга фыркнула и посмотрела на подруг. Это даже не театр. Это старый добрый балаган под названием «Цирк сгорел, клоуны разбежались». Теперь ей казалось, что ноги у нее ослабели от смеха. Плюхнувшись на стул, она тряслась в безудержном хохоте вместе со всеми, пока не почувствовала на плечах теплые Нинкины руки.
Глава 8
Санька ушла посидеть в баре ресторана.
- Буду приглядывать за папкой из засады, - пообещала она.
Подруги разместились на кровати в Нинкиной комнате.
- Оль, бери подушку, тебе, как пострадавшей самое удобное место, - распорядилась Нинка. – Я, как хозяйка кровати, сижу в партере. Ну и вы, дорогие гости, тоже заходите.
Дорогие гости зашли с бутылкой вина и бокалами, Наталья с большущей чашкой чая. Время от времени она нюхала горлышко бутылки, потом со страдальческим видом делала из своей чашки очередной глоток.
- Ну, рассказывай.
- Что, собственно, рассказывать? Все пошло и банально. Залезла к мужу в телефон, прочитала сообщение. «Люблю. Жду. Скучаю. Твой Ангел». Вся история.
- Что за Ангел?
- Об этом история умалчивает.
- Нет, а что он сказал, как себя вел. Он понял, что ты знаешь?
- Да брось ты эти художественные подробности.
- Ну правильно, зачем нам подробности? Тем более художественные.И зачем только писатели стараются, когда можно, например, просто рассказать, что один неуравновешенный вьюнош решил доказать себе, что он не тварь дрожащая, а право имеет и зарубил топором двух женщин. Скрываясь от следствия, познакомился с проституткой. Потом менты вышли на его след, и вьюнош этот отправился на каторгу, прихватив заодно и проститутку, уже исправившуюся. Коротко и ясно.