В этот раз «подарочек» заставил Марину насторожиться всерьез: два банковских кредита с просроченными платежами, погашенными в один день в январе этого года. Задавать новые вопросы мужу не хотелось. Никаких неприятностей Петерс ей не доставил, а демонстрировать свою заинтересованность другим мужчиной перед мужем не стоило.
Налив чаю и поддернув рукава блузки, Марина плотнее утвердилась на стуле и приступила к поискам. Женщины, у вас есть вопросы к вашим мужчинам? Гугл вам в помощь. Уже через пятнадцать минут информации к размышлению набралось достаточно. На запрос интернет выдал щедрую коллекцию ярких картинок с элегантным Петерсом на переднем плане. Он явно не скрывался и от полиции не бегал, уже хорошо. Настораживало одно обстоятельство: до нынешнего года почти на всех фотографиях Петерс был запечатлен с женой, полноватой, но, судя по всему, уверенной в себе шатенкой. С января же он, все такой же сияющий, гордо начал демонстрировать публике разнообразных блондинок. Одна из них даже показалась Марине знакомой. Жаль, разглядеть ее лицо было невозможно: девушка отвернулась, завесив лицо длинными золотистыми локонами, но ее тонкая рука уверенно покоилась на плече Петерса. Неужели Лариска?
*
Марина снова не могла разобраться в своих чувствах. То ли она злилась на Ларису, за ее спиной прибравшую к рукам привлекательного мужчину. То ли, наоборот, была довольна, что поостереглась и успела вовремя отступить с зыбкой почвы. Теперь, после двух дней размышления Петерс казался ей слишком подозрительным и скользким. Как раз таким человеком, которому она с удовольствием вручила бы своюдвуличную помощницу. И пусть победит сильнейший.
Приглашение на открытие выставки нескольких перспективных фотографов валялось на столе уже неделю. Марина вспомнила о нем только в середине дня.
- Девочки, у меня билеты на выставку. Сегодня. На две персоны. Никто не хочет сходить? Лены, возьмете?
- Киндер, кюхен, кирхен, - печально отозвалась из-за своего монитораЛенолеум Плинтус.
- Если не возражаете, я возьму. – Билеты перекочевали в Ларисину сумочку. – Марина Владимировна, можно я тогда уйду пораньше. Ничего срочного больше нет, а я…
Девушка выразительно показала на свои джинсы и блузку с короткими рукавами. «Чистенько и прилично», как говорит Нинка, сейчас так даже в театр ходят. А Лариса, значит, хочет переодеться? Марина кивнула, не задавая вопросов, но проводила помощницу заинтересованным взглядом.
После двух часов ежедневной рутины с просмотром китайских каталогов, перепиской, звонками на объект Марина уже чувствовала, что просто зудит от любопытства. Позвонила Ольге, та грустила на работе и домой явно не спешила. Обстоятельства складывались таким образом, что следовало принять свою судьбу и отправляться шпионить.
Наверное, галерист был заинтересован в Марине, потому что пообещал внести ее с Ольгой в список приглашенных, и даже лично встретил в небольшом вестибюле перед входом в зал. Своими владениями он явно гордился, но доход, судя по всему, ему обеспечивали не талантливые молодые художники, а торговля антиквариатом, которым была плотно заставлена соседствующая с выставочным залом комната. Впрочем, комната эта не уступала по размерам выставочному залу.
Марина в очередной раз поразилась, на какие глупости готовы швырять деньги люди. Большую часть хваленого антиквариата составляла церковная мебель: покрытые черной краской тяжелые деревянные скамьи, грубые железные лампы, резные двери. В углу комнаты примостилась целая церковная кафедра, надо же. Марина провела пальцем по неровной, в потеках краски, спинке скамьи и негромко фыркнула.
- Не удивляйтесь, это мне заказал владелец одного ресторана, - галерист явно заинтересовался Ольгой, но тем не менее, чутко реагировал на настроение зрителей. – А здесь у меня позолоченная мебель. Пользуется спросом. Вам, как человеку сведущему, не могу сказать, что это восемнадцатый век…