Деспот вышел из ванной, как полагается, по классике, с голым торсом. Только бёдра были обвязаны белоснежным махровым полотенцем, оттеняющим его смуглую кожу. По телу императора стекали капельки воды. Выглядел он на отлично, но меня больше интересовала его реакция на папку.
Подойдя к кровати и увидев её, он хмыкнул и повернулся ко мне. Полотенце развязалось и стало соскальзывать с бёдер императора.
Да твою ж кочерыжку!
Я резко отбросила томик с бытовыми заклинаниями и ринулась в ванную комнату.
Не то чтобы я никогда не видела мужского достоинства. Просто, по моему мнению, демонстрировать своё богатство, когда мы живем в одной комнате, возмутительно! Понятно, на что он намекает! Пусть решает свои интимные проблемы без моего участия! Я вон могу и в гостиной почитать, пока Деспот будет принимать у себя Кларису.
В общем, в душе я мылась долго и вышла оттуда, завернутая в огромное полотенце. В комнате царил полумрак, Деспот полулежал на кровати. Оставленная мною папка лежала рядом на тумбочке.
Я хотела юркнуть к своей постели и там, подвесив простынь на магию наподобие ширмы, переодеться.
— Виктория, я отложу назначенный приговор для виконта Килита и назначу разбирательства по данному делу, но с одним условием, — тихо сказал Деспот.
Он смотрел на меня так, что по телу прошлись мурашки.
Гад!
Я затаила дыхание. С плеч свалился груз вины. Одно дело, когда ты слышишь, что где-то там казнят преступника, а другое дело, когда ты видишь его мать в отчаянье.
— Сегодня ночью ты спишь со мной в постели, — заявил этот изверг.