— Нет! — закричал я и ринулся за ним. Я напряг все свои мускулы!
— Иду за шайбой! — орал я.
Я мчался так быстро, что силуэты остальных игроков слились в размытое пятно. Все что я видел — это шайбу.
И завладевшего ею сопляка — моего врага!
Эге! Я резко затормозил. Ледяная крошка забрызгала ботинки моих коньков.
Враг? Стив?! Я покачал головой. Стив — мой лучший друг. А это — просто веселая игра.
Это не просто игра, прошептал другой голос у меня в голове. А теперь — дуй за шайбой!
Зарычав, я ринулся вперед.
Сердце бешено заколотилось. Я хотел заполучить эту шайбу. Ужасно хотел. А Стив не отдавал.
Я врезался в Стива. Со всей дури. Он начал падать.
Меня это не заботило.
Я бросил клюшку и схватил его за куртку, прежде чем он успел рухнуть на лед. А потом сделал то, что шокировало меня самого.
Я сгреб Стива за куртку и принялся трясти! И, тряся его, я снова зарычал!
— Макс! Макс! — кричал Митч с другого конца пруда. — А ну кончай! — Он устремился к нам.
— Ты спятил?! — кричал Стив. Я отшвырнул его, и он распластался на льду.
Какая-то часть моей души испытывала угрызения совести.
Но другая часть ни о чем не жалела. Другая часть хотела вытрясти из него всю дурь.
— Что ты пытаешься доказать?! — возмущенно кричал Стив.
У меня вырвался оглушительный рев.
— Гррррраааафф! — зарычал я.
Стив с Митчем уставились на меня.
Сгорбив плечи, я покатил к берегу.
— Эй, Макс, ты куда… — начал было Митч, когда я проезжал мимо.
— Грррр! — рыкнул я и лязгнул на него зубами.
Ой-ё! Да что же со мной творится?
Я вел себя как монстр!
Монстр льда…
Коньки! — понял я. Мои новые Чудовищные Коньки превращали меня в чудовище.
Я понял, что должен поскорее их снять. В считанные секунды я пересек пруд. Ребята шарахались от меня в разные стороны. Они смотрели на меня с ужасом.
Я их не винил — тут было чему ужаснуться!
Мое сердце бухало в груди, когда я ступил на берег. Я наполовину побежал, наполовину поковылял к скамейке, где оставил ботинки.
Я сел и сдернул перчатки.
Мои руки! Они поросли густым черным мехом!
Я поднял их и пощупал лицо. Его покрывала шерсть!
Я принялся дергать шнурки. Я отчаянно возился с узлами. Мои покрытые мехом руки делались все более неуклюжими. Они все больше походили на звериные лапы.
Наконец, я сдернул один из коньков.
— Торопись! — понукал я сам себя. Вот я сорвал и второй. Я отшвырнул Чудовищные Коньки подальше от себя.
Я уставился на свои ступни. Огромные кривые когти разорвали носки. Сверху вырос густой спутанный мех.
Я почувствовал, как свело живот. Не отчаивайся, Макс, сказал я себе. Каким-то образом мне удалось усидеть на месте и сделать глубокий вдох.
Коньки я снял. Сработает ли это?
Я закрыл глаза и ждал.
Кожу начало покалывать. Шерсть втягивалась обратно в плоть. Это не было больно — только зуд да щекотка.
Я посмотрел вниз. Когти исчезли — втянулись в пальцы!
Я почувствовал себя поспокойнее. Менее взбудораженным. Менее злым.
— Сработало, — произнес я вслух. Да! Мой голос стал нормальным. Я больше не рычал.
Я схватил коньки и бросился домой. Добравшись до своей комнаты, я изрядно запыхался. Я запихнул коньки в шкаф.
Теперь нужно вернуться к пруду. А заодно и придумать, как объяснить случившееся Стиву.
Я вылетел из дома и побежал к пруду.
К счастью, кое-кто из ребят все еще был там, включая и Стива.
Едва завидев меня, Стив пихнул Митча в бок. Вскоре все ребята глазели на меня.
Ну и что мне ему сказать? Что мои новенькие коньки превратили меня в монстра?
— Стив, — сказал я, — я дико извиняюсь, чувак.
Он пристально смотрел на меня.
— Да ладно, — ответил он наконец. — Но зачем ты это сделал?
— Это все мои… мое дурацкое чувство юмора, — ответил я, повесив голову. Я и впрямь чувствовал себя дураком и очень боялся. Как я уже говорил, Стив — мой лучший друг.
— Знаешь, это было не смешно! — отрезал он.
— Я понимаю. Мне и правда жаль, — промямлил я.
— Ничего страшного, — ответил он. — Мы еще покатаемся, лады? Увидимся позже.
И он укатил с Митчем и Питом. Коньков у меня больше не было, так что последовать за ними я не мог.
Я поплелся домой. Мы со Стивом не раз дрались. Но раньше я никогда не пытался всерьез причинить ему боль. Я боялся, что потерял лучшего друга навсегда.
Я поднялся по лестнице к своей комнате. Взялся за дверную ручку.
И остолбенел.
Звуки. По другую сторону двери.
О нет! Джессика!