Хатир молча пожимал плечами, пережидая праведный гнев начальства. Простоять так, дремля с открытыми глазами, он спокойно мог хоть целый час, но неясное чувство дискомфорта мешало абстрагироваться. Палач зябко повёл лопатками и машинально оглянулся, натыкаясь на однозначный, маниакально-залипший взгляд девушки.
А лейтенанта, и правда, словно переклинило. Как в трансе - ни моргнуть, ни отвернуться, жадно изучая … нет, не человека … объект, цель. С одним единственным, вполне примитивным желанием, которое, кажется, просто непреодолимо и… сладко до зубовного скрежета.
- Забираем, выводите на улицу, - знакомый голос послышался словно сквозь вату. И уже громче, в самое ухо с угрожающим шипением. – Арька, не дури!
Со стула её сдёрнули за секунду до рывка, скрутили и шустро, чуть ли не волоком потащили по коридору под тихий мат и невнятную ругань Нура.
Глава 44
- Давай, скажи мне, что уже есть решение, что план принят, формируется целевая группа, - Ариана торопливо поднялась навстречу мужчине, вошедшему в комнату для посетителей. – Вардан, скажи мне, что ребят будут спасать, - заглянула она ему в лицо.
- Всё не так быстро и не так просто, - помедлив с ответом, вздохнул майор, хмуро мазанув взглядом по застывшему у двери конвойному. – Ты-то как? Результаты анализов должны были прийти...
- Здорова. Можно смело расстреливать, - скривилась лейтенант, по привычке принимаясь мерить шагами замкнутое пространство.
- Арька, не трави душу. Этот чёртов прокурор…
- Он не чёртов! Нур нам помог!
- Он подвёл тебя под «вышку»!
- По-другому было никак, - уже спокойнее произнесла девушка, останавливаясь напротив гостя. – Мы об этом говорили. Прекрати.
- Ну, хорошо… Тебя накрыло: на себя наплевать, всё ради цели, прёшь напролом… А остальные? Я как буду дальше? А старики? А… Самат? Ты думаешь, он мне за тебя потом спасибо скажет?
Ариана с минуту постояла молча, замерев в двух шагах от командира, словно восковая кукла, без единой тени эмоций на лице, а потом медленно опустилась на лавку, опираясь ладонями о широкий стол.
- Вардан, я не знаю, как… Я не знаю, как объяснить. У меня такое чувство, будто я всем им должна, - пустой, отстранённый взгляд остановился на майоре. – Как будто это уже не моя жизнь. Мне её Захар в займы дал, чтоб я успела всё обещанное закончить и дальше передать…
Кажется, Овал-Мурт принял её за умалишённую. Он уходил такой растерянный, непривычно покладистый… не спорил, не доказывал, не обещал… Может, оно и к лучшему. Пусть занимается делом. Конвойный вывел девушку в коридор, резко крутанул на выходе, прижал к стене и обыскал, не особо миндальничая. Неприятная процедура? По-прежнему и однозначно – да, и ко всему прочему те же бетонные стены, решётки, распорядок дня… но по сравнению с храмовой тюрьмой даже корпус смертников – почти санаторий. Ну, хотя бы потому, что в камере есть кровать, а на ней постельное белье: серое с клеймами, но чистое! А ещё есть стол и лавка, еда как в армейской столовой, вдоволь питьевой воды, посещения, передачи… Капитан выбил для Арианы отдельную камеру, светлую, тёплую… Так что смертной казни можно дожидаться с комфортом. Девушка подошла к зарешёченному окну, постояла, разглядывая двор, забор, осень, подъезжающие машины… Где-то, конечно, обидно, что всё оно так… Но отступать некуда да и поздно. Трибунал состоялся неделю назад. Учитывая чистосердечное признание подсудимой и рьяность следствия, исход был очевиден. Даже без личного присутствия эдайца обошлись. Хватило того материала, который храмовники ещё до её перевода отправили. И если для суда такой расклад оказался вполне приемлем, то для лейтенанта – очередная больная мозоль. Где и как там этот дурной «головешка», вышел из карцера – не вышел… И вроде не на её совести, а чёрта с два с такими мыслями спокойно помрёшь.
Ближе к вечеру пришёл прокурор. Ариане даже думать не хотелось, сколько и чего стоило подобное « хождение в гости» запросто, прямо в камеру к смертнице да ещё и не с пустыми руками. Раз капитан так может, а главное хочет, то милости просим, общество самой себя довольно быстро надоедает.
- Отличный кофе, настоящий, не концентрат из пакетиков. Неужели сам варил? – недоверчиво поинтересовалась девушка, доливая себе в кружку ароматный напиток из термоса.
- Хочется сказать, что да, но… на самом деле из кофейни, - с досадой признался Солен- Ас. – По дороге купил вместе с пирожными.
- А не запалят тебя? Главный обвинитель и вдруг к падшей во всех смыслах этого слова женщине, работорговке в неурочное время, с подарками…