- Ну, хотя бы, - без особого энтузиазма подтвердил Нур, не особо понимая причину её радости. – А что, на тебя внезапно благодать снизошла, и ты теперь «своих» на расстоянии с точностью до метра чуешь?
- Я нет, - довольно прищурилась арестантка, наклоняясь ближе к мужчине. – А вот один знакомый майор определённо святой. Ты ему план тюрьмы достань, а он тебе чудо покажет…
Дни тянулись зыбкие и беспокойные. Принятие и фатальная отрешённость вдруг сменялись учащённым сердцебиением с ненормальной, бесполезной в камере смертницы активностью. Кому и как она отсюда может помочь? Кого поторопить или заставить отчитаться? Информация давно сдана, запросы сделаны. Старшего лейтенанта Арианы Зет-Анны больше нет, и ни на что повлиять она не может. Готово ли уйти туда, за черту? Пожалуй, и всё-таки нет, хотя пыжилась и себя уговаривала и тех, кто на свидания приходил, а по сути, прощался. Вардан, Нур, напарница из отдела… А вот Коры и Дамира не было. Майор им о судьбе давней знакомой не сказал. И правильно, низкий поклон ему за это. Пусть лучше думают, что она где-то там, но есть, сидит без права переписки. Таких прощаний Ариана бы не вынесла.
Когда за ней пришли, девушка отчего-то сразу поняла, что не на допрос и не на свидание. Выволокли её чуть ли не силой. Не то, чтобы сопротивлялась, идти не хотела, просто физически было трудно встать и собраться. Целых два угрюмых конвойных, серый бетонный коридор и парализующий холод, с каждым шагом всё сильнее сжимающий душу.
- Куда меня?
Недовольное сопение и тычок в спину. Не положено… не ответят. Впрочем, уже и не нужно. Серая, оббитая чем-то мягким дверь, тупиковая, в самом конце коридора. Ещё один тычок в спину, приказ зайти… а ноги будто приросли к полу, и голова шальная. Этот кабинет ни с чем не перепутать, а ведь Нур обещал, что таких сюрпризов не будет, что заранее предупредит, зайдёт удачи пожелать. С утра, правда, была от него передача, вполне смахивающая на последний пир. Стыдно признаться, но Ариана так от жадности объелась, что до сих пор нехорошо. Так вот оно как… деликатесами откупился, а в глаза сказать духу не хватило.
За порогом неожиданно светлый кабинет, стол, люди… Четверо. Взгляд радостно зацепился за Солен-Аса, но спустя пару секунд пришло понимание: в исполнительной группе должен быть сотрудник прокуратуры… так почему бы не он? Последнее свидание немое и страшное.
Впрочем, Нур всё же что-то говорил: спокойно, по делу. Какие-то формальности: разъяснил суть приговора и то, что он сейчас будет приведён в исполнение, дал в протоколе расписаться…
Лейтенант пыталась сосредоточиться на его словах, лице, но глаза словно заволакивало дымкой. Она судорожно потёрла их рукой, нет, не слёзы, слава богу… чуть-чуть потерпеть, хотя бы перед ним не позориться.
- Закурите? – один из мужчин за столом услужливо протянул смертнице сигарету, с каким-то профессиональным интересом оценивая её стремительно бледнеющие губы и слишком редкое, неглубокое дыхание.
- Не курю, - Ариана мотнула головой, от накатившей слабости чуть не завалившись в ту же самую сторону и с детской обидой понимая, что сама сейчас обрубила, возможно, целую минуту жизни.
Подошедший конвойный развернул девушку в сторону ещё одной двери, ведущей из кабинета в расстрельную комнату. Ариана дёрнулась в безуспешной попытке обернуться, но наивное стремление сразу пресекли, втолкнув в маленькое, наглухо закрытое помещение с грязно-красными, неровно выкрашенными стенами, кровостоком на полу и заждавшимся палачом. А дальше мысли кончились, сознание пошатнулось, давящая с утра боль в груди вдруг стала невыносимой. Не всем дано геройски умереть. Захар вот смог, сам, одним росчерком, сознательно и наверняка со злорадством. А её почти невменяемую пришлось подсечкой опустить на колени, хорошенько встряхнуть и даже дёрнуть за волосы, чтоб не запрокидывала голову и не мешала целиться в затылок.
- Ну, что там? – поинтересовались за столом, когда врач вернулся из расстрельной комнаты.
- Разрыв сердца, даже пулю тратить не пришлось, - вздохнул сотрудник медицинской экспертизы, тщательно вытирая руки. - С дамами такое часто бывает, да и не только…
- На той неделе парнишку-перебежчика расстреливали, и тоже… не дотерпел, - покивал начальник тюрьмы, передавая протокол о приведении приговора в исполнение на подпись следующему участнику группы.
- Может, оно так и лучше, - представитель информационного центра одёрнул пиджак и вышел из-за стола. – Грех на душу не взяли. Всё-таки женщина… хоть и с такой статьёй. Господин Нур, вас подвезти? Что-то вы сегодня бледный.