Как уже говорилось, Лола была тонкой артистической натурой, настоящие ценители находили у нее талант, она умела войти в образ, как немногие... Сейчас ей стало безумно себя жалко. Сердце сжималось, руки дрожали, но мысли бежали в том же направлении.
Ужасно одиночество, думала она, но куда ужаснее, когда рядом кто-то есть, но этот кто-то, который раньше был близким человеком, этот бывший друг вдруг отворачивается от тебя и оказывается, что он – совсем не тот, за которого себя выдавал, совсем не тот, кем ты его считала... Оказывается, что он – ужасный эгоист и думает только о своих проблемах. Хуже всего разочароваться в близком человеке. Можно прожить рядом достаточно долго и в один прекрасный день убедиться, что рядом с тобой совершенно чужой человек.
Лола потихоньку входила в раж, ведь, как уже говорилось, она была чрезвычайно тонкой артистической натурой, творческой личностью. Перед глазами ее вставали живые картины, она представляла себя то княжной Таракановой – в сырой темнице, умирающей от чахотки, стоит она на узкой койке, а внизу крысы, крысы...
Лолу передернуло. Нет, пожалуй, с крысами она маленько переборщила, пожалуй, лучше вообразить себя Жанной д'Арк. Брошенная друзьями, преданная королем, отвергнутая церковью, покинутая всеми...
В тарелку с почти нетронутой курицей капнули две слезинки, но —Маркиз ничего не заметил. А у Лолы в голове возникла следующая картина.
Французская королева Мария-Антуанетта в тюрьме накануне казни. Брошенная придворными, проклинаемая взбунтовавшейся чернью, в ожидании гильотины... Перед Лолиными глазами встала картина французского художника, где бедная королева томится в камере. Все бросили ее, рядом только верная крошечная собачка...
Собачка! Лола стремительно отодвинула тарелку. Господи, как она могла забыть, у нее же есть Пу И! Крошечный песик древней мексиканской породы чихуахуа, призванный защищать хозяйку и никому не давать ее в обиду! Пу И поможет Лоле в трудную минуту, ведь он так к ней привязан! Пу И приободрит ее и спасет, как уже было однажды!
– Что ты вертишься? – нелюбезно спросил Маркиз. – Сама есть хотела, а все на тарелке оставила... Кофе будем пить?
«Тебе лишь бы налопаться, – зло подумала Лола, – ни о чем другом думать не можешь...»
– А кстати, где звери? – удивленно спросил Маркиз, снова совершенно не обратив внимания на Лолино настроение. – Куда они все подевались?
То из кухни не вытолкать, не дают спокойно поесть, на лету куски из тарелки прихватывают, а то затаились где-то...
Действительно, кот до неприличия обожал куриные хрящики, Пу И костей не давали, и поэтому он требовал, чтобы ему отрезали кусочки белого мяса. Попугай курицу не ел, но за компанию с остальными являлся на кухню и клянчил чищеных фисташек.
Компаньоны прислушались и внимательно поглядели друг на друга. Подозрительная тишина, стоящая в квартире, и отсутствие зверей на привычных местах могло означать только одно: три злодея снова замыслили и осуществили какую-то каверзу. Лола сорвалась с места и побежала в свою комнату. Она-то знала, что самым любимым развлечением ее песика было каким-то образом залезть в платяной шкаф, вытащить оттуда всю одежду и поваляться всласть на платьях, блузках и нарядном белье. Причем чем дороже была одежда, тем больше удовольствия испытывал Пу И.
Однако в комнате все было в относительном порядке. Разумеется, утром Лола собиралась в спешке, кровать была убрана кое-как, шелковое покрывало скомкано и брошено на пол, на стуле висел лифчик, валялись заколки и косметические принадлежности, но этот был совсем не тот беспорядок, который способна устроить преступная троица.
Леня в свою очередь помчался к себе и проверил свою одежду. Дело в том, что попугай Перришон отчего-то взял за правило пачкать его безумно дорогие пиджаки. Правда, в самое последнее время он этого не делал, то ли оттого, что Маркиз взял наконец себя в руки и стал убирать одежду в шкаф, чего от него безуспешно добивалась Лола во все время их совместной жизни, то ли оттого, что попугай в последние несколько месяцев был занят тем, что снимался в телевизионном сериале. По этому поводу он страшно возгордился и изживал в себе дурные привычки. Так или иначе, пиджаки получили временную передышку, и Леня малость расслабился.
На этот раз все также было в порядке, даже шкаф не открыт. Звери могли еще открыть холодильник, как они сделали однажды, выбросить оттуда все продукты и перепортить их. Но и этого не было.
В гостиной тоже было тихо и пустынно. Лола подумывала уже о ванной комнате, но тут из прихожей донеслись подозрительные звуки.
Разумеется, преступная троица была там и занималась тем, что мучила бедного игрушечного медведя. Кот Аскольд когтями драл светло-бежевую шкуру, Пу И вцепился зубами в клетчатые штанишки, попугай налетал сверху, пытаясь выклевать куски шерсти.
– Мерзавцы! – завопила Лола. – Что вы делаете? Чем вам помешал несчастный медведь?
До сих пор экзекуция происходила в полной тишине – преступники знали, что Лола тотчас явится на помощь медведю, заслышав подозрительные звуки, и работали втихую. Теперь же скрывать было нечего, и Пу И зарычал, как настоящая большая собака, кот зафыркал, а попугай заорал на лету что-то вовсе уж несообразное. И пока Лола причитала и заламывала руки. Маркиз не растерялся, прихватил из ванной мокрое полотенце и вступился за честь и достоинство ни в чем не повинного медведя.
Больше всего полотенцем попало коту, он обиженно взвыл дурным мявом и улепетнул на кухню. Пу И сумел вовремя отскочить, но, разумеется, тут же напустил лужу перед входной дверью.
Перришон с куриным кудахтаньем взмыл на шкаф.
– Ишь, разлетелся, – заметил Леня, – что твой орел. И ты, дорогой мой, не орел, и медведь не Прометей! Нечего его в печень клевать! И вообще, дорогие мои, имейте в виду – за групповое преступление всегда больше дают!
– Ну какие гады! – плачущим голосом заговорила Лола, прижимая к себе истерзанного медведя, – ну что он им плохого сделал? Обязательно надо все испортить!
– Кажется, они ревнуют, – заметил Леня, подтирая лужу, – они подумали, что ты купила себе другую игрушку...
– Ну и что с того? – возопила Лола. – А если я и вправду захочу завести себе еще одну собаку, что они с ней сделают?
«Еще чего! – возмущенно гавкнул Пу И из кухни. – В моем доме никогда не будет никакой другой собаки!»
– Звери совершенно распустились, – со вздохом констатировал Леня, – тут уж ничего не поделаешь...
Но Лола была полна возмущения и обиды.
– Какие же вы все... – горько сказала она и ушла в свою комнату.
Леня отправился на кухню допивать кофе и застал там такую картину. Пу И с Аскольдом дружно сидели на столе и с большим аппетитом доедали курицу из Лолиной тарелки. Попугай гордо планировал над ними, крича свое неизменное: «Кошмар-р!»
– Это еще не кошмар, – начал Леня, – вот сейчас будет кошмар!
К концу фразы троица благополучно испарилась. Леня допил кофе и решил заняться делом.
Он достал бумажку с записанными номерами машин и уселся за компьютер.
Прошло минут сорок, когда Маркиз заглянул в комнату Лолы. Его компаньонка с большим удобством расположилась на кровати, демонстративно прижавшись к пострадавшему медведю. Лола пила грейпфрутовый сок, ела грушу и листала яркий иллюстрированный журнал под многообещающим названием «Женские секреты».
– Ого, я вижу произошла переоценка ценностей, – усмехнулся Леня, – я так понимаю, что Пу И на этой кровати теперь нет места?
– Я на него очень сердита, – ответила Лола и почесала игрушечного медведя за ухом.
Медведь держался индифферентно, то есть никак не проявлял своего отношения к происходящему.
– Не хочешь узнать, как обстоят дела с медведями?
– Докладывай! – Лола милостиво кивнула.
Леня выразительно покрутил головой – ну и нахалка эта Лолка! Сама же упустила ценную капсулу и сама же еще недовольна! Но ссориться не хотелось, Леня предчувствовал, что впереди их ожидают не слишком спокойные дни, потому что операция явно осложнилась, поэтому ему не хотелось лишний раз нервировать Лолу.