- Алёна, ты что, не помнишь нашего участкового? - перебил её мысли Миша.
Девушка взглянула на мужчину с новым интересом:
- Если честно - нет.
- Да где ж она меня помнит-то, - усмехнулся Александр Васильевич, затягиваясь сигаретой. - Когда я в деревне жил, вы совсем мелкими были.
Алёна неожиданно спросила:
- Александр Васильевич, а ещё посетители здесь есть?
- Есть, - мужчина затушил окурок, - Видели же машины. Только они спят уже. Одного, правда, пришлось утихомиривать - к девчонке начал приставать. Но с ним я бы и без охраны справился.
- Значит, охранник здесь всё-таки имеется, - невольно вырвалось у Алёны.
Мужчина резко повернулся к ней:
- Что?
- Нет, ничего, - поспешно ответила девушка, - Может быть, вы поможете нам с машиной?
Выйдя на улицу, они оказались в кромешной тьме. Снегопад ослаб, но крупные хлопья всё ещё кружились в воздухе. Фонарь Александра Васильевича едва пробивал снежную пелену, освещая лишь пару метров вперед.
Добравшись до места, где должен был стоять указатель, Алёна вдруг замерла. Её голос прозвучал неестественно громко в внезапно наступившей тишине:
- Её нет!
В этот момент порыв ветра завыл так сильно, что старые ели вокруг заскрипели и застонали, словно живые.
Миша, шедший следом за сестрой, едва не врезался в неё, когда та резко остановилась.
— В смысле? Что ты сказала? — переспросил он, наклоняясь к её уху, чтобы перекричать вой ветра.
— Машины нет! — почти закричала Алёна в ответ, и от ярости топнула ногой по снегу, но лишь поскользнулась и неуклюже рухнула в сугроб. Александр Васильевич тут же подхватил её под руку, помогая подняться.
— Осторожней. Ты уверена, что оставили её именно здесь?
— Да! Я уверена!
Отчаяние сдавило горло. Где теперь искать машину? В этой кромешной тьме, под непрекращающимся снегопадом.
Миша обнял сестру за плечи:
— Пойдём назад. Утром разберёмся. В такую погоду мы всё равно ничего не найдём.
Алёна резко вырвалась, выругалась сквозь зубы и сделала несколько шагов прочь, но затем развернулась и начала метаться по кругу, отчаянно вглядываясь в снежную пелену. Бесполезно. Следы уже замело.
Где-то глубоко внутри поднялся комок — та самая маленькая девочка, которая когда-то пряталась в шкафу, зажав уши ладонями, чтобы не слышать крики матери и тяжёлые удары. Тогда, как и сейчас, она чувствовала себя беспомощной.
— Я пройду чуть дальше, может, это не то место, — донёсся сквозь вой ветра голос Александра Васильевича.
Миша лишь кивнул, ёжась от холода и пытаясь глубже засунуть голову в капюшон. Алёна машинально потянулась за сигаретами, но порыв ветра вырвал пачку из её пальцев и унёс в темноту.
— Чёрт!
Она присела на корточки, сжав голову руками. Мелкая дрожь пробегала по телу — не от холода, а от нахлынувших эмоций. Но сдаваться она не привыкла.
— Что-то его долго нет, — проговорил Миша, когда Алёна поднялась и подошла к нему.
Она прижалась к его плечу:
— Думаю, скоро вернётся.
Но тревога нарастала. Где он? Что, если...
В голове вновь возникли образы. Образ красотки-барменши. Царящая вокруг угнетающая атмосфера, темнота и чёрный силуэт окружившего людей леса, сформировали её полный антипод. Теперь Алёна видела уже не жертву, а хищника. Барменша, с топором в руках и перекошенным от злобы лицом, и размазанной по лицу тушью стояла позади Александра Васильевича. Ничего не подозревающий мужчина менял батарейки в потухшем фонарике. Красавица заносит над головой топор, широко расставив ноги и с силой, опускает его на ничего не подозревающего человека. Хруст расколовшегося черепа подхватывает и уносит прочь с места преступления неугомонный ветер, а брызнувшая кровь вместе с кусочками мозгов и черепной коробки, окропляет снег, мгновенно окрашивая его в красный цвет. Безжизненное тело падает у самых ног девушки, толчками выплёскивая кровь на её туфли…
- Ну, наконец-то!
Миша облегчённо вздохнул, завидев слабый луч фонаря. Алёна проследила за его взглядом и увидела быстро направляющегося к ним мужчину. Достигнув их, Александр Васильевич положил руку на плечо Алёны и сказал: