– Земля холодная, – опередил он её возражения, – простудишься.
Поначалу они сидели молча – о чём Принцессе разговаривать со Свинопасом? Но вскоре губы нашли друг друга... Руки сжимали, гладили плечи, спускались к груди, пальцы развязывали шнуровку корсажа... Затем парень остановился, отстранился от неё.
– Ты уверена, что хочешь этого? А то знаю я вас, королей. Сейчас получишь, что просишь, а наутро ещё и плетьми рассчитаешься.
А пальцы уже скользнули за вырез корсажа, лаская, сжимая, томя...
– Даю слово, – выдохнула, – никаких плетей.
Он потянул ткань вниз, открывая нежную девичью грудь.
По коже пробежал озноб. То ли от ночной прохлады, то ли от того, что должно случиться. А может, ну её эту флейту? Она же её и в глаза ни разу не видела. Но в спину дышало теплом костра, а грудь согревали ласковые поцелуи.
Рука Свинопаса пробрались под юбки, и девушка вздрогнула, когда ладонь сперва погладила, а затем крепко стиснула бедро, настойчиво продвигаясь всё выше.
Принцесса сжала колени.
– Расслабься, – тронул ухо шёпот, и рука скользнула между бёдер.
Она уже и не знала, о чём думать. Жаром обдавало со всех сторон: поцелуи вернулись к губам, одна рука блуждала по телу, а вторая уверенно раздвинула колени, пробуждая внутри стыд и незнакомое томление.
Схватилась за плечи парня, чувствуя, как с каждым мгновением тает сопротивление, уступая место восхитительной сладости. А он привстал, бережно уложил её на плащ, брошенный на землю... На миг отстранился, стягивая с себя рубаху, и снова склонился над девушкой.
– Подожди, – остановила его Принцесса, – а эта твоя флейта... Правду говорят, что она дарит невиданное наслаждение?
По правде говоря, меньше всего на свете ей сейчас думалось об игрушке, просто хотелось ещё хоть на миг оттянуть то, что должно было произойти.
– Вот сама и проверишь, – ответил Свинопас, коленом раздвигая её ноги...
– Но если... А-ах! – все её возражения оборвались стоном. – Э-это...
– Всего лишь палец, – тихо рассмеялся Свинопас, опираясь на локоть и разглядывая изумлённое лицо девушки.
Куда только подевались смущение, гордость, стыд?.. Этот наглец касался её так, что она вмиг забыла о великих предках, чья кровь текла в ней. Наслаждение и желание чего-то большего гнали сейчас эту кровь по венам. И Принцесса, не в силах сдерживаться, подавалась навстречу этому приливу, который словно луна вызывали грубые и одновременно нежные пальцы.
А рука, ласкающая её, вдруг исчезла, превращая желание в пытку. Но парень уже устраивался между бесстыдно раскинутых ног...
Поцелуй подхватил с губ новый стон, выпил и вернул приятным послевкусием. Пламя костра застенчиво трепетало, бросая розовые блики на влажные сплетённые тела. А между этими двумя уже разгорался свой огонь, когда ненасытные, жадные до ласк они пили друг друга, не в силах больше ни сдержаться, ни остановиться.
***
Нежно мерцали раскалённые угли, лишь кое-где ещё вспыхивая уставшими язычками пламени. Двое лежали, завернувшись в плащ. Золотистая головка Принцессы покоилась на плече Свинопаса, но теперь ей было уже всё равно. Рука парня накрыла тонкие девичьи пальцы, нежно поглаживая.
– А эта флейта... – заговорила девушка, – она у тебя с собой?
– Угу.
– Сыграй что-нибудь? – тихо попросила она.
Парень неожиданно смутился.
– Вообще-то я не могу. На ней может играть только девушка.
– Тогда дай я сыграю.
– Ты хочешь сделать это прямо сейчас?
– Хочу сравнить, – пояснила она, – настолько ли велико наслаждение, как все говорят, в сравнении с... – Смутилась. – Ты понял.
– Давай лучше в другой раз, – пробормотал парень и тихо добавил: – Иначе, боюсь, не избежать мне плетей...
– Почему? – насторожилась Принцесса, приподнимая голову.
– Один раз мы уже сыграли с тобой эту мелодию, для первого раза достаточно.
И взяв её руку, потянул вниз.
– Вот она та самая флейта. Если хочешь, позже я научу тебя играть на ней, только... Ой! Не сжимай так сильно! Не то мы останемся совсем без музыки.
Конец