— Лен, я не Бог, а демон. Знаю, что он где-то зачем-то их держит, и, собственно, все. А теперь давайте перейдем к действительно важному вопросу. Как вы сюда попали?
— Ага, как только ты с меня слезешь, так сразу и перейдем.
Демон ухмыльнулся, не глядя загреб с блюда чернослив, выпрямился и отодвинулся на целый метр. Немного поерзал, вытряхивая из-под одежды остатки кураги, стряхнул высыпавшиеся сухофрукты с дивана на ковер и заявил:
— Думаю, эти детки Асмодею зачем-то нужны.
— Гениально! — восхитилась я. — Что еще умного скажешь?
— Вечно ты перебиваешь, не дослушав, — проворчал демон. — Подумай головой, девочка. Раз они ему нужны, вероятнее всего, именно его молитвами они сюда и угодили. Вы, кстати, тоже. А теперь попробуй еще догадаться, зачем Асмодею могли понадобиться люди не в виде душ, а полным комплектом.
— А может, лучше ты скажешь? — с надеждой предложила я. — Я с демонологией не очень-то дружу.
— Зато с демонами — слишком, — проворчал себе под нос Ветринский.
— Заткнись! — рыкнула я. — Знала бы, что получу такую благодарность, свалила бы в какую-нибудь Грецию, где все есть, на пляже валяться, пока слуга твоей душонке обеспечивал билет до ада в один конец!
— Ша! — вскинул ладони демон. — Потом поссоритесь. А сейчас давайте решать, что делать.
Мы с Сашкой замолкли, продолжая, однако, время от времени бросать друг на друга не самые доброжелательные взгляды. Подземельный все так же тихонько поскуливал, раскачиваясь из стороны в сторону. Не сказать, чтобы это сильно мешало беседе, но раздражало порядочно.
— Разумеется, Асмодей желает выбраться отсюда, — вздохнув, продолжил демон.
— Открытие века, — хмыкнула я. — Второе сам открывать будешь или слуг с вилами позвать, чтоб помогли?
— А может, лучше на сковородку тебя пристроить? — проворчал нечистый. — Тушка на ужин, душа… да и ангел с ней, с твоей душой. Согласен отдать чистюлям, только бы больше не встречать.
Я показала Верховному язык. Ветринский поперхнулся. Мне стало его даже жаль. Видно было, каких усилий ему стоит не присоединиться к впавшему в истерику от ужаса шарлатану. Зато лично я никакого страха не испытывала. Поразительно, стоит всего разок умереть, и как радикально меняются взгляды на жизнь. И на смерть. И даже на то, что будет после нее.
— Посмеялись, и хватит, — примирительно сказала я. — Намекаешь, что Асмодей хочет с помощью жертвоприношения устроить прорыв Инферно?
— Хочет, но не так все просто, — ухмыльнулся нечистый. — Демон не может приносить жертву сам себе.
— Планирует заставить кого-то из ребят? — все-таки рискнул вставить реплику Сашка.
— Не думаю. Это в принципе возможно, конечно, и на крайний случай план сойдет. Но слишком велик риск, что сопливец напортачит. Нет уж, ритуалом наверняка займется тот, кто проделал путь сюда. Кто бы это мог быть, а? Есть идеи?
Я в ответ только плечами пожала. Идей не было. Еще недавно от души посмеялась бы над самой мыслью о том, что можно осуществить прорыв Инферно наоборот, попав в ад при жизни и во плоти. Теперь, когда я сама сюда таким манером угодила, было не до смеха. Но и ситуацию это никак не проясняло.
— В общем, если спросишь меня, что делать, я честно отвечу, что не знаю.
— Вытаскивать детишек, — предложила я.
Демон смерил меня подозрительным взглядом, придвинулся обратно и положил мне руку на лоб. Потом заставил повернуть голову, внимательно посмотрел в глаза и попросил открыть рот.
— Зачем?!
— Проверяю, не заболела ли ты, — совершенно серьезно отозвался нечистый.
— С какой стати?!
Кажется, мне собирались дать какой-то крайне язвительный ответ, но случиться этому было не суждено. Потому что в комнате появилось новое действующее лицо. Явно демонического происхождения.
Материализовавшийся на диване товарищ был красив прямо-таки до неприличия. Этакий образчик неживого совершенства, мечта любого модного фотографа. Белая кожа, идеально правильное аристократичное лицо, сияющие черные волосы до плеч, будто прямиком из рекламы шампуня. Выдавали только глаза, абсолютно черные и без белков.