— Что ты узнал, Элигор?
Голос Верховного прозвучал спокойно, едва ли не лениво. И все-таки я ощутила под этой маской сдерживаемый гнев. Он коснулся меня обжигающей волной, лишь на мгновение, но этого хватило, чтобы в ужасе вжаться в мягкие подушки. И, похоже, намек поняла не я одна. Элигора буквально сдуло с дивана.
— Прошу простить меня, Владыка Тифоэй, — уже опустившись на одно колено, выдохнул он. — Я не знал, что вы…
— К делу.
— Прохода больше не существует. Там вокруг бегает куча магов всех мастей, пытаются понять, что произошло. Но ничего определенного пока не выяснилось.
— Не выяснили они, или это ты не смог узнать?
Элигор состроил обиженную гримаску. Не знала бы, что передо мной Высший демон, была бы тронута его отчаянием, честное слово.
— Маги ничего не знают. А вы, Владыка, велели мне проверять только их.
— И ты, разумеется, выполнил приказ и ничего кроме? — усмехнулся Верховный.
— Я старался угодить вам, Владыка.
Как-то подозрительно льстиво и услужливо звучали все ответы этого Элигора. Мне начало отчетливо казаться, что он чем-то крупно провинился и теперь боится наказания. Стало даже любопытно, чем можно так сильно напугать Высшего демона. Полезно знать такие вещи, когда попал в ад на неопределенный срок. Да и вообще.
— Вечно все приходится делать самому, — сварливо буркнул Верховный, поднимаясь с дивана.
Элигор сжался в комок и дернулся, словно собираясь стукнуться лбом об пол.
— Не паясничай. Будешь пока служить этой молодой леди. И если с ней что-то случится, ты знаешь, что я с тобой сделаю, — веско пообещал Тифоэй, исчезая.
Высший нервно сглотнул и покосился на меня. Я подарила ему лучезарную улыбку, заставившую демона побледнеть еще больше, хоть это и казалось невозможным. Всегда знала, что я — сущее наказание, но как-то прежде не рассчитывала стать таковым в буквальном смысле.
Некоторое время было тихо, все раздумывали о своем. Лично я — о том, что влипла по самое дальше некуда и сейчас торчу в очень и очень неприятном месте, наживая себе страшного врага.
— Леди желает чего-нибудь? — созрел, наконец, нарушить молчание демон.
Служить человеку для Высшего демона весьма унизительно, надо полагать. Разумеется, они заключают сделки ради душ, и даже честно выполняют их условия, потому что таковы правила. Но вот так, чтобы выполнять мои приказы, да даже и просьбы, ничего не получая взамен…
— Леди желает помыться и нормально поесть, — холодно сообщила я. — А еще ее посетила одна идея, которой она поделится после обеда. Или ужина. Не знаю, который тут у вас час.
Да уж. Посетила идейка так посетила. Чем больше я ее обдумывала, тем яснее становилось, что не понравится она никому. Но ничего лучше в голову приходить не желало. Значит, как ни крутись, а придется обсуждать то, что есть.
Где-то вдали грохнуло, комнату на несколько мгновений затопило алое зарево. Потом грохот повторился еще раз, и еще. Я невольно вздрогнула, разрываясь между искушением подойти к окну и посмотреть, что происходит, и разумным желанием держаться от подобного подальше. Элигор криво усмехнулся и сообщил:
— Началось. Очередная великая битва за пустующую долину. Не обращайте внимания.
— Не обращать внимания на великую битву? — удивленно вздернула бровь я.
— Да она у них ежегодная. И закончится так же, как и тысяча предыдущих. То есть, ничем. Повоюют и разойдутся, а долина будет продолжать пустовать.
— Верховный поэтому слинял?
Элигора перекосило от моей изящной формулировки, но, к счастью, ненадолго.
— Нет, — выдавил он, справившись с собой. — Владыку Тифоэя в судьи не приглашают. Боятся, что обманет. Да и больно ему надо тратить время на разборки Аваддона и Вельзевула, этой парочки агрессивных идиотов.
Вдали грохнуло еще раз, громче прежнего. На этот раз вспыхнувший свет почему-то оказался ярко-синим.
— Ну вот, — вздохнул демон. — Опять никто не победил. Астарот — он хитрый. Вечно может объявлять ничью, чтобы эти двое оставались заняты друг другом, и остальным не мешали.