— Рад слышать, — буркнул Смолин как-то совсем нерадостно. — Но я, собственно, звоню не поэтому. Бери Ветринского за шкирку, и тащите оба свои ленивые задницы в контору. Есть дело.
— Ты все слышал, — развела я руками, убирая телефон в карман.
* * *
— Мы, как Служба Противодействия Непрофессиональному Использованию Магии, обязаны реагировать на подобные ситуации, — на должной пафосной ноте закончил свою пламенную речь полковник Смолин.
Собранные в зале сотрудники упомянутой СПНИМ дружно приуныли. Было от чего. Фактически нам только что приказали пойти туда, не знаю куда, и принести то, не знаю что. Хотя, пункт назначения был, в общем, известен более-менее точно. Да и цель вполне ясна: ликвидировать имеющуюся там проблему. Загвоздка состояла в том, что никто понятия не имел, в чем эта самая проблема заключается.
В наличии имелась заброшенная со времен начала перестройки птицефабрика, куда повадилась лазать местная и приезжая молодежь. Местные больше ради парного уединения, а гости — за крутыми фотками. Чтобы было чем перед френдами похвастаться.
Несколько таких фотографий нам любезно продемонстрировали. Фабрика как фабрика: печаль и запустение, прогнившие полы, в оконных проемах — обломки рам, за которые кое-где еще цеплялись осколки грязных стекол. В таких местах нередки несчастные случаи. Порезаться, сломать ногу или еще что-нибудь там проще простого. Но вот исчезновение семи человек разом уже более чем подозрительно. А то, что родители и полиция, приехавшие искать пропавших, не нашли никаких следов — подозрительно вдвойне.
— Идеи есть? — вопросил Смолин, оседлывая стул и внимательно вглядываясь в унылые лица сотрудников Службы.
— Упыри? — робко предположила молоденькая пифия.
Полковник скептически улыбнулся. Конечно, упыри любят такие места, но особой аккуратностью эти тупые кровожадные твари не отличаются. И если даже предположить, что с голодухи они слопали всех семерых вместе с костями, уж следы крови остались бы в изобилии. Не говоря о том, что при стабильном потоке «туристов» оголодать до такой степени упырям нипочем бы не удалось. Да и проблема всплыла бы куда раньше.
— А причем тут вообще мы? — сварливо осведомился откуда-то из задних рядов Илья Масленников, главный наш специалист по оборотням. — Пускай полиция разбирается.
— Ага, — сердито осадил его Смолин. — И еще троица самодеятельных экстрасенсов, нанятая безутешными родителями. Во главе с одним «потомственным черным магом» для полного комплекта.
— Так может, ребят вообще не там ищут? — подал голос Денис Игнатенко. — Мало ли, собирались в одно место, а поехали в итоге в другое.
— Нет. Один из них написал в сети, что они прибыли на фабрику, и выложил в доказательство несколько фото.
— А если они оттуда уехали?
— Через полчаса туда приехал блогер Петренко со своей командой, и они там никого не видели. И не встречали по пути, а дорога там одна.
— Вдруг молодежь пошутила? — выдала свою версию пифия Марина. — Решили создать новую городскую легенду, вот и подогревают интерес.
— Жестокая шутка, — проворчал полковник. — К тому же, где семь подростков могут прятаться неделю так, чтобы никто их не нашел?
Я собрала в хвост отросшие волосы и потерла лоб. Даже будь эта история глупой детской шуточкой, ребятам незачем было пропадать на целую неделю. Пары-тройки дней более чем достаточно, чтобы эффектно появиться с душещипательной историей. К тому же, после всех родительских рыданий в прямом эфире у кого-нибудь из ребят непременно проснулась бы совесть. Нет, с бестолковыми детишками действительно что-то случилось. И, скорее всего, именно на той самой фабрике.
Логика начальства была в целом понятна. За неделю даже наша доблестная полиция могла накопать хоть что-то, не будь в деле сверхъестественной подоплеки. Настораживало именно полное отсутствие каких-либо улик. Никто ничего не видел и не слышал, не было следов борьбы, попыток сообщить о случившемся. Требований выкупа тоже не поступало. Не всплывали и вещи пропавших. Темная история.