— Обязательно рассмотрю такие варианты.
— Да уж рассмотри, — буркнула я, обращаясь уже к пустоте.
Разумеется, демон исчез. Черт его знает, может, отправился разъяснять личность Ельцова. Или с Асмодеем разбираться. Или шпионам своим раздавать пинки и подзатыльники, чтобы разведывали шустрее. Это меня в данный момент уже не особенно интересовало. Потому, что голову мою посетила новая идея.
— Элигор! — решительно позвала я, уставившись на ту же, явно на что-то вдохновившую Тифоэя фреску.
Высший не замедлил появиться, словно только и ждал, когда я его позову. А может, и правда ждал. Все-таки распоряжение начальства.
— Есть тут библиотека? — спросила я, проигнорировав страшную рожу опоздавшего с возражениями Ветринского.
— Есть, — немного удивленно отозвался демон. — Только Владыка…
— Владыку беру на себя, — пообещала я, стараясь, чтобы в голосе прозвучала уверенность, которой на самом деле не было и близко.
— Тогда идем, — подозрительно радостно согласился Элигор.
Ох, не понравилась мне интонация его последней фразы. Судя по ней, самовольное посещение пресловутой библиотеки не сулило ничего хорошего. С другой стороны, я, кажется, давно пришла к выводу, что хуже стать уже не может, так чего бояться?
Мы опять порядком поплутали по извилистым коридорам, прежде чем добрались до высоких резных дверей. Которые, к счастью, открывались вполне традиционным способом, хоть и с весьма пугающим скрипом.
Едва мы с Ветринским переступили порог, в темном зале вспыхнула сотня свечей разом, открыв перед нами дивную картину: подлинную сокровищницу магических знаний с древних лет и до наших дней. Причем знаний не только человеческих.
— Обалдеть… — выдохнул Сашка.
— Ага, — столь же потрясенно поддержала его я.
— И что мы будем тут искать?
— Ты — что-нибудь о пространственных разрывах. А у меня есть еще один небольшой вопросик, требующий разъяснения.
— Это какой же? — не сумел, разумеется, смолчать Ветринский.
— Не твое дело, — уже привычно отмахнулась я, проходя вдоль корешков книг, посвященных созданию артефактов.
К моему удивлению, на этот раз Сашка не стал вступать в долгие препирательства, и направился к своему шкафу. Видимо, искушение сунуть нос в редкие, а то и вовсе недоступные для людей книги, оказалось сильнее желания разузнать мои секреты.
Часа через три я испытала настоятельную потребность заесть глубокое разочарование чем-нибудь вкусным. Большая часть книг оказалась на темной рунописи или вовсе на неизвестных мне, вполне вероятно, даже и не человеческих языках. А в тех, что удалось просмотреть, не нашлось совершенно ничего ценного.
Ветринский, в отличие от меня, наслаждался представившейся возможностью. Даже не отозвался на мой окрик, так увлекся чтением. Пришлось в очередной раз звать на подмогу Элигора, и объединенными усилиями оттаскивать некроманта от какого-то особо старого тома.
— Ленка! — сердито отмахиваясь от нас, восклицал Сашка. — Тут такое! Я ничего подобного в жизни не видел!
— Разумеется, не видел, — теряя терпение, зашипела я. — Это же не человеческая книга!
— Почему не человеческая? — ехидно возразил Элигор. — Кожа вот на пергамент пошла очень даже человеческая.
Книга звучно хлопнулась на пол. Мы с Сашкой уставились на нее с совершенно одинаковым выражением ужаса и отвращения. Не то, чтобы подобное было совсем уж непривычно для магов, но здесь, в аду, как-то острее воспринималось. Обстановка, видимо, такая.
— А чего вы ждали от адской библиотеки? — продолжил изгаляться демон. — Мелованной бумаги и бархата?
— Прикуси язык, — посоветовала я.
Настроение читать пропало начисто. К некоторой моей досаде — вместе с аппетитом. Но поесть все-таки нужно было, а то вот лично я уже и припомнить не могла, когда делала это в последний раз.