— Я тоже так думал, — неожиданно бросил в ответ демон.
Я сделала глубокий вдох, выдохнула, потом повторила то и другое еще трижды, и все-таки решилась:
— Что ты сделал?
— Вытащил тебя. Заблокировал магию и… и тебя. Внутри твоего тела.
Губы онемели, отказываясь шевелиться. Во рту было сухо, как в пустыне. Спросить бы, как именно было сделано то и другое, но все внутри меня протестовало. Меньше знаешь — крепче спишь. К тому же, куда больше последствий, с которыми, какими бы они ни были, все равно ничего уже не поделаешь, меня сейчас волновали причины случившегося.
— Что-то же вызвало всплеск стихии, на который ты отреагировала, — задумчиво наклонив голову к правому плечу, отозвался на мои беспорядочно скачущие мысли демон.
Я заставила себя кивнуть. Определенно, направление для рассуждений он задал верное. Маги огненного хаоса отличаются от обычных магов огня куда более глубокой связью со стихией. Двухсторонней. Не только мы можем призывать огонь, огонь тоже призывает нас. Это делает нас сильными. И опасными. Своей непредсказуемостью и подверженностью власти стихии.
— Что, если дверь уже открыта? — дрогнувшим голосом спросила я.
— И такое возможно.
В голосе нечистого отчетливо звучала тревога. Если я права в своих опасениях, у нас очень большие проблемы. Когда Асмодей доберется до свитка, остановить его будет практически невозможно. Не дать ему сделать это — единственный, по сути, шанс отделаться малой кровью.
— Можно это проверить?
— Как?
— Не знаю. Задаю тебе вопрос.
— Можно попробовать отследить источник выброса силы и выяснить, что он из себя представляет, — как-то неуверенно предложил демон.
— Но здесь я…
— Не надо. Это я сделаю сам. Не хватает только, чтобы ты спалила что-нибудь еще, кроме собственной одежды.
Я закашлялась, подавившись на вдохе, и почувствовала, как заливаюсь краской. Следовало догадаться…
— Ты… просто…
— Да, просто смыл с тебя копоть и уложил в постель, — рыкнул нечистый. — А ты что подумала?
Я покраснела окончательно. Уши даже зажгло, так, что захотелось прижать к ним ладони, а лучше по пачке пельменей, чтобы охладить, пока не загорелись в буквальном смысле.
— Тьфу на тебя, — раздраженно проворчал Тифоэй, глядя в сторону. — Придумала тоже. Нет, я не то, чтобы возражаю, если ты хочешь… но в тот момент было как-то не до того, уж прости.
Я нервно хихикнула, все-таки прижимая руки к ушам.
— Поешь, — не меняя раздраженного тона, велел нечистый. — Возможно, скоро мы все будем очень заняты.
* * *
Закончив обгладывать куриную ножку, я метким броском отправила кость в мусорное ведро и вытерла жирные пальцы салфеткой. Пока не начала есть, даже не понимала, насколько проголодалась. Зато теперь, когда паника улеглась, а желудок наполнился, жизнь стала казаться вполне сносной.
Ветринский к трапезе присоединиться отказался, сидел в библиотеке, обложившись книгами выше макушки, и что-то старательно выписывал в толстую тетрадку. С присущей ему основательностью готовился неизвестно к чему. Ко всему, то есть.
Растянувшись на кровати, я уставилась в потолок. И наконец-то толком задумалась, почему со мной последнее время происходит какая-то явно магическая ерунда. Первый случай ненормальной реакции на жертвоприношение слуги я как-то пропустила, не было тогда времени на отвлеченные размышления. Списала на приступ на нервной почве. Странный, конечно, приступ, но странного на свете много.
А недавний второй был и похож, и не похож на первый. То ли какое-то внешнее событие спровоцировало зацепивший меня выброс стихии, то ли выброс стал моей собственной реакцией на воздействие извне. Но на какое? В прошлый раз это определенно было жертвоприношение. Что, если и теперь причина та же? В таком случае оставалось лишь надеяться, что успеха Асмодей не добился.
Стук в дверь вмешался в эти раздумья. В сладкой надежде, что это Сашка с ценными или хоть просто интересными находками, я торопливо поправила прическу и крикнула, чтобы входил. И промахнулась с этой догадкой. На пороге, терзая в руках нечто, еще недавно бывшее белоснежным носовым платком, статуей застыл Подземельный.